Набив рот до отказа, он принялся старательно все пережевывать.
Неожиданно его лицо разгладилось, и он с улыбкой сказал:
— О? А это и правда вкусно. За всю жизнь я еще никогда не пробовал виноград из западного края. Оказывается, вы каждый день ели такие хорошие вещи.
Мо Жань опустил голову и какое-то время бессмысленно пялился в пространство перед собой. Наконец, широко улыбнувшись, он сказал:
— Я так вам завидую.
Прогоревший кусок поперечной балки с грохотом обвалился. Искры брызнули во все стороны, обдав всех волной жара. Люди вокруг жалобно застонали и заскулили, и лишь Мо Жань, подперев щеку и скрестив ноги, с тесаком в одной руке, как ни в чем не бывало сосредоточенно доедал гроздь винограда. Казалось, даже обрушившееся на землю небо не сможет его потревожить.
— Так хорошо разгорелось, что теперь-то никто из нас не сможет выбраться, — покончив с виноградом, Мо Жань взялся за персик. Смачно надкусив его, он с улыбкой продолжил. — Не лучше ли будет устроиться здесь поудобнее и поболтать?
— Да кто захочет с тобой разговаривать! — крикнула Мо Нянцзы. — Ты — скотина! Нет, ты хуже собаки! Хуже любого животного!
— Значит не поболтаем? — Мо Жань сплюнул виноградную косточку и широко улыбнулся. — Не хочешь разговаривать со мной, ну и ладно! В таком случае, перейдем сразу к делу. Прошлой ночью приемная мать сказала, что за эти десять лет я изрядно задолжал ей за то, что она не только не бросила меня, но и удостоила своей заботой и вниманием. Пришло время должным образом исполнить мой сыновний долг, поэтому я отправлю тебя в путь раньше всех этих господ.
Он поднялся, обошел вокруг людей, по всем правилам поклонился и вдохновенно произнес:
— Вот только по дороге на тот свет, вам всем не стоит спешить уходить слишком далеко. Просто подождите, пока я вас догоню.
Люди зарыдали в голос, а Мо Нянцзы прошипела:
— Мо Жань! Сукин ты сын! Когда эта девка Сюнь пожалела тебя и попросила приютить в моем доме, мне не стоило быть такой добросердечной и идти у нее на поводу! Ты — исчадие Ада, причина всех бед! Ты… ты — ошибка природы, выродившийся скот!
— Ты все еще смеешь упоминать старшую сестрицу Сюнь? — переспросил Мо Жань и, сделав паузу, бесстрастно продолжил. — Когда-то я проделал длинный путь от Храма Убэй для того, чтобы исполнить последнюю волю моей матери и отплатить ей добром за добро. Узнав о смерти моей матери, сестрица Сюнь передала тебе все заработанные за год деньги в обмен на твое согласие не выгонять меня и дать мне кров.