Автор
Циничный хирург Вадим Коновалов — убежденный холостяк и токсик, который не верит в любовь. Умная Инна Ласточкина изначально не интересуется таким типом мужчин. Но судьба сталкивает их вновь и вновь, разжигая страсть и заставляя пересмотреть свои убеждения о браке и чувствах.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Хирург Коновалов» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Циничный хирург Вадим Коновалов — убежденный холостяк и токсик, который не верит в любовь. Умная Инна Ласточкина изначально не интересуется таким типом мужчин. Но судьба сталкивает их вновь и вновь, разжигая страсть и заставляя пересмотреть свои убеждения о браке и чувствах.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Циничный хирург Вадим Коновалов — убежденный холостяк и токсик, который не верит в любовь. Умная Инна Ласточкина изначально не интересуется таким типом мужчин. Но судьба сталкивает их вновь и вновь, разжигая страсть и заставляя пересмотреть свои убеждения о браке и чувствах.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А когда рождается ребенок, его приносят отцу, и он принимает поздравление с тем, что родил ребенка.
– Какое безобразие.
Григорий Олегович улыбается. А я ловлю себя на мысли, что у него обаятельная улыбка. И даже мерзкая мохнатая гусеница над верхней губой не портит ее. А так, скорее, придает пикантность.
– Есть мнение, что мужчины где-то в глубине души завидуют тому, что только женщина может создавать новую жизнь.
– Да забирайте, мы не просили. Но только вместе с месячными, перепадами настроения и сиськами.
Он снова громко смеется, а я думаю о том, что он умеет какое-то колдовство, этот усатый гинеколог в кресле главного врача. Потому что слово «сиськи» я на собеседовании произношу впервые.
– В общем, я всегда хотел быть причастен к этому чуду. Пятнадцать лет оттрубил в роддоме. Знаете, сколько ребятни через эти руки прошло? – и, пока я снова смотрю на его руки, но уже с некоторым уважением, добивает меня. – Если что, тряхну стариной – потом и у вас роды приму, Инна Леонидовна.
Я давлюсь кофе так, что моему будущему шефу приходится вставать и хлопать меня по спине. Слава богу, бумаги на его столе не пострадали от того, что кофе у меня пошло носом. Мне протягивают бумажный платочек, а потом Григорий Олегович возвращается на свое место.
– Я ответил на ваш вопрос?
– Вполне.
– Тогда по рукам?
– У меня есть еще один.
– Ну-ка, ну-ка.
– Причина увольнения моего предшественника?
Григорий Олегович морщится. Вздыхает. Дергает ус. Увлекательная пантомима, но я стоически молчу.
– Уверяю, что с вами так не поступят.
Боже, какие средневековые тайны.
– Я хочу знать точную причину.
– Он уволился по собственному желанию.
– Но оно не было причиной.
Григорий Олегович смотрит на меня, прищурившись.
– Ладно. Все равно кто-нибудь да брякнет. Его застали за мастурбацией на рабочем месте. Если точнее, я и застал.
Охренительная вводная. Я судорожно осмысливаю полученную информацию, пока Буров допивает кофе. Неужели такое бывает? Дрочить на порнуху на работе?!
– Он что, даже не закрылся?!
Григорий Олегович фыркает в чашку с кофе.
Интересно, нет ли у Миши брата? До слез знакомый почерк!
– Эмн… – бормочу невнятно. Ну да, в главном Григорий Олегович прав – это история даже гипотетически не про меня. Но… Уф-ф-ф-ф… Пытаюсь представить, что бы сделала, я застав своего подчиненного за таким делом. Руку сразу утяжеляет виртуальная чугунная сковорода. Нет, это реально за гранью. Этот чувак даже Мишаню переплюнул. Потому что работа – это работа. Святое.
– Вы правы, Григорий Олегович. Я так тупо не подставлюсь.
Буров хмыкает.
– Не сомневался. Ну, так что, по рукам?
Встаю.
– По рукам.
Когда мне крепко жмут руку, я уже даже не думаю о том, где бывали эти руки. Зато вспоминаю о другом.
