Автор
В хирургическом отделении бьют тревогу: пациент нуждается в срочной операции. Улыбка на лице Альфера — знак того, что он не верит своим ушам. Вадим Эдуардович, опытный хирург, теряет дар речи от такого повседневного происшествия.
– А как такой… – повторяю его неопределенный жест руками, – мужчина, как вы, связал свою жизнь с женскими половыми органами?
Смотрит на меня оторопело, И, едва я кладу ладони на подлокотники кресла, чтобы встать, падает на спинку своего кресла и закатывается громким смехом. Наверное, его секретарша в приемной сейчас подскочила на месте. Я точно подскочила.
– Ай, зубастая. Может, и справишься с этими идиотами.
Странное определение для работающих на тебя людей. Или у Олегыча все идиоты?
– Итак, Инна… – он подглядывает в резюме, – Леонидовна.
А он умеет удивлять.
– Хотите у нас работать?
Мне нравится эта формулировка – «У нас работать». Не «со мной», а «у нас». И место мне нравится. А этот Григорий Олегович… На мой взгляд, слегка странный. Но, может, и я на его взгляд – тоже.
– Да.
– Только у меня одно условие.
Мне вдруг вспоминаются слова Альки. Что на эту должность хотят, вопреки устоявшейся традиции, женщину. И что-то мутное с увольнением предыдущего ИТ-директора.
Да ну. Да не может быть. Страха нет, но появляется спортивный азарт.
– Слушаю.
– Расскажите, как вы пришли в эту профессию.
А напугал-то, напугал! Это нормальный вопрос о собеседовании, можно было просто спросить безо всяких идиотских формулировок.
– У меня родители – ИТР-овцы. Отец инженер, мать лаборант. Папа меня паять в восемь лет научил, говорил, у тебя пальчики тонкие, давай, я туда не пролезу.
– Ответ принимается. А давайте, кофейку бахнем?
Обстановка в кабинете неуловимо меняется. Я понимаю, что он мне уже почти нравится, этот Григорий Олегович. Правда, я не обольщаюсь. Я крайне хреново разбираюсь в людях. Нет, отработав пару лет плечом к плечу, я человеку в душу влезу безо всякого сопротивления с его стороны и буду знать про него все, потому что сам расскажет. Но с первым впечатлением я ошибаюсь, и делаю это фатально.
Кофе приносят быстро. И под него я задаю встречный вопрос.
– А как вы пришли в профессию?
Он улыбается, складывает руки подушечками пальцев, постукивает.
– У меня вот, как видите, Инна Леонидовна, пальцы не очень тонкие. Да я и не стремился их засовывать туда, куда вы подумали.
Чувствую, щеки мои выполняют свою основную функцию – выдают мое смущение.
– Но как же тогда… – бормочу в чашку с кофе.
