Автор
В хирургическом отделении бьют тревогу: пациент нуждается в срочной операции. Улыбка на лице Альфера — знак того, что он не верит своим ушам. Вадим Эдуардович, опытный хирург, теряет дар речи от такого повседневного происшествия.
Когда он подходит, я ничего не могу с собой поделать – вглядываюсь в его лицо. Если бы я не знала… Если бы не видела его спящим на полу операционной… Я бы сейчас ни за что не догадалась, что было сегодня в его рабочем дне. Я бы не понимала чего-то очень важного.
– Я за рулем, – мой тон максимально не терпящий возражений. Вадим не спорит, пожимает плечами.
Открывает передо мной водительскую дверь.
– На гашетку сильно не дави, она дурная.
Мы едем молча. Пока не знаю, о чем говорить, я пока все еще подбираю слова. А Вадим… На половине дороги я замечаю, что он снова уснул.
Да, все повторяется, только со сменой ролей. Теперь я везу его спящего с работы. Но есть, что называется, разница. Если я не справлюсь, плохо выполню свою работу, то, например, встанет регистратура. И весь холл клиники будет полон злыми возмущенными людьми.
Живыми людьми.
А если Вадим не справится со своей работой, то человека не станет. Человек уйдет через портал. Запоздало удивляюсь точности сравнения. Этот матовый белый экран с черными снимками действительно похож на портал.
Мы останавливаемся на светофоре, я поворачиваю голову и смотрю на Вадима. Вот в соседнем кресле спит человек, в силах которого решать, будет жить человек или нет.
Я же знала это. Теоретически. Но просто не задумывалась. Ведь у хирургов на операционном столе кто-то умирает. Не могут выживать все. Сколько у тебя таких было? Что ты чувствовал? И почему я раньше ни разу, вообще ни разу не задумалась о том, из чего состоят твои рабочие будни?!
Вадим просыпается ровно в тот момент, когда мы подъезжаем к шлагбауму.
– Магнитные бури, наверное, – вздыхает. – Снова вырубило. Я у тебя спящая красавица.
– Ты у меня восьмидюймовочка.
Ухмыляется этой незамысловатой шутке. А я думаю о том, рассказал ли ему Алферов о том, что приводил меня в операционную, и я видела там Вадима спящим на полу. И почему-то мне кажется, что не сказал.
***
– Ты меня побьешь. И будешь права. Сам же позвал, но…
Я смотрю на то, как Вадим медленно снимает кроссовки
– Ты даже есть не будешь? Сразу спать?
Кивает виновато.
– Сам не знаю, что со мной такое сегодня.
Я знаю. Машу рукой в сторону спальни.
– Нет, – упрямится. – В душ я все-таки схожу."
"Я как раз наливаю себе кофе – я освоилась с кофеваркой Вадима, когда слышу, как он шлепает босыми ногами из ванной.
