Путешествуя по загадочной планете Хищной, ты замечаешь, что каждая тварь здесь выходит из воды или воздуха, словно созданная для этой суровой среды. Ночью мир вокруг наполнен непредсказуемыми шумами и призрачными огоньками, а днем — лишь мерцание молний на стеклянных горах. Каждый шаг ведет к новым опасностям, когда всё вокруг становится живым и чувствительным....
Ведь если пираты поймают его, то я, не раздумывая, отдам за него планету! Конечно же, я понимала, что Аэлита — самостоятельная личность, и ее как вещь не передашь, кому бы то ни было, но мужчины этого не знали и очень испугались, лишь представив, какие порядки здесь наведут эти бандиты.
Из дома я ускользнула так же, как и стражи, перед самым рассветом, оставив на столе записку для отца, чтобы он зашел в дом карликов, где Стен все ему объяснит. Своих псов я накануне оставила у коровника, приказав охранять.
"Трой уже ждал меня неподалеку, держа за уздцы двух оседланных коней. С сомнением посмотрев на мой живот, с большой осторожностью помог мне взгромоздиться на низкорослую спокойную кобылку. Запрыгнул сам в седло, и мы медленно тронулись к каменной стене. Как ни странно, но ехали мы тихо, я бы сказала, бесшумно.
— Мне Ставр голову оторвет, если с тобой и ребенком что-то случится! Я не представляю, как ты верхом будешь ехать несколько часов!? И телегу мы взять не могли, разбудили бы все поселение! Да и не только его.
— Не волнуйся, я уже все продумала! Вот только выедем из скального лабиринта…
Через тайный ход в скале мы прошли пешком, выпустив коней у его входа и отправив пастись.
Покинув тесные своды пещеры, мы осторожно выглянули наружу. Мужчина просветил меня, что, по всей видимости, засады нет, так как птички безбоязненно распевают гимн вернувшемуся светилу.
Я отошла подальше от скал, остановившись на безопасном от возможных каменных обвалов расстоянии.
— Нет! Только не это! Лерой, ты что наделала? — смуглое лицо мужчины побелело, словно простыня.
