Красивый и опасный начальник Ник Н'Ери нуждается в подставной невесте для семьи. Его выбор падает на собственную сотрудницу, которая соглашается, надеясь на взаимную помощь. Но притворство становится ловушкой, когда между ними вспыхивает настоящее чувство, способное изменить их обоих.
Может, потому что знали, что дальше будет только хуже? Что это лишь начало? И впереди самое страшное? Тайна, которая навсегда нас изменит, растопчет прошлое, оставив после себя лишь жалкие обломки?
Готова ли я пойти на такой риск?
— Берт — единственный сын З’Ерна, — ответил Ник. Он уже успел взять себя в руки и успокоиться. — Сильный ягуар, преемник Кирка, надежда и будущее резервации. Никто никогда его не наказал бы. Все обставили как несчастный случай. Заигрались детишки в лесу, не рассчитали силы, немного подрали урода. Случайно. Находились те, кто искренне сожалел о том, что Берту не удалось завершить начатое. Поверь мне, таких было много. А меня спасло то, что в момент смерти я был в облике хищника.
— И как это спасло?
Рука от напряжения занемела, кожу пронзили сотни крохотных иголок. Пришлось несколько раз сжать и разжать кулак, восстанавливая кровообращение."
"— Если бы я был человеком, спасти меня не удалось бы. Хищник сильнее, выносливее, он живучий, и есть шанс, если отдать свою жизнь для спасения умирающего.
Боль в глазах была яркой, безумной и такой настоящей, словно и не прошло этих десятилетий.
— И кто же пожертвовал жизнью для тебя?
Вино горчило на губах и языке. Впервые за весь вечер алкоголь комом встал в горле, вызвав тошноту.
— Лилэн Н’Ери. Моя бабушка. Великая женщина, которой не стало из-за меня.
— Мне жаль.
— Прошло более тридцати лет, Виктория. Все забывается.
— Забывается, — медленно повторила и покачала головой. — А как же месть?
Хищный оскал, от которого у меня замерло сердце и тут же забилось быстрее.
— Месть — это то блюдо, которое следует подавать холодным.
— Очень холодным, — понимающе усмехнулась в ответ.
Берта мне не было жаль. Наоборот, сейчас я хотела еще больше помочь Нику наказать этого высокомерного ублюдка и заставить его страдать.
— Очень-очень. Я ответил на твой вопрос?
— Да, — сказала тихо, а сама тяжело вздохнула, ожидая его вопроса.
Опять что-нибудь провокационное и пошлое.
Сидеть на полу больше не было сил. Морщась, поднялась, потирая затекшее тело. Еда уже остыла, но есть не хотелось, наоборот, запах вызывал раздражение. Я приземлилась на диван, с наслаждением откинулась на мягкую спинку. Еще бы ножки вытянуть, но постеснялась — я тут развалилась, а Н'Ери продолжал сидеть на полу и потягивать вино.
— Расскажи мне о своих снах, — неожиданно попросил Ник, который молча наблюдал за моим перемещением.
— Каких снах?
— В которых был я. Я ведь знаю, что снился тебе, Измайлова.
