Автор
Их встречали неясным теплом, как мистическая тень, застилающая бескрайние просторы. Каждый шаг в заброшенной хижине был знаком откровения, где восходящее солнце превращалось в последний шепот Бога. Отсюда начиналась встреча между двумя душами, ожидавших своего часа.
— Иисус помолчал, глядя, как морской ястреб входит в воду меньше чем в пятидесяти футах от них и затем медленно поднимается, унося в когтях крупную форель, которая пытается вырваться на свободу.
— Означает ли это, что я безнадежен? Я действительно хочу быть с вами, но понятия не имею, как попасть в ваш круг.
— На твоем пути сейчас много разных преград, Мак, но ты не должен жить с ними и дальше.
— Теперь я лучше сознаю, что Мисси больше нет, но смириться с этим мне никогда не было легко.
— Дело не только в твоих постоянных размышлениях об убийце Мисси.
Иисус оперся на палку, чтобы встать, — подождал, когда Мак доест бутерброд и тоже встанет. Вместе они двинулись по берегу озера.
— С женщинами все совершенно иначе. Женщина обращается не к труду, а к мужчине, и его ответ состоит в том, чтобы «править» ею, взять над ней власть, стать ее хозяином. До этой перемены она находила свою независимость, защищенность и понимание добра и зла только во мне, как и мужчина.
— Неудивительно, что с Нэн я потерпел неудачу.
— Ты и не был создан для этого. И, пытаясь делать это, ты всего лишь играешь в Бога.
Мак нагнулся, взял с земли плоский камешек и отправил скакать по воде.
— Есть ли какой-нибудь выход?"
"— Он прост, но нелегок для тебя. Он заключен в развороте. В повороте ко мне. В отказе от ваших способов осуществления власти и манипулирования другими. Просто вернись ко мне. — Иисус говорил, словно умоляя. — Женщины, в большинстве своем, сочтут сложным отвернуться от мужчины, прекратить требовать, чтобы он удовлетворял их нужды, обеспечивал им защиту, оберегал их индивидуальность, и вернуться ко мне.
— Я всегда задавался вопросом, почему мужчины несут ответственность, — размышлял вслух Мак. — Мужчины вроде бы причиняют больше всего боли в этом мире.
