Автор
Калифорнийская жизнь, веселье и трагедия: таковы первые вдохновляющие страницы "Хлеба с ветчиной". Книга захватывает читателя от легендарной вечеринки до ярмарок скачек и до самого Перл Харбор, оставляя память об эпических путешествиях души и тела. 244 страницы — всего лишь начало великой истории, запечатленной Буковски на бумаге....
Я проследовал за доктором в другой кабинет, который был больше, чем тот, в котором меня осматривали первый раз. Мне сказали раздеться и сесть на стол. Доктор осмотрел меня.
— Да, действительно, случай исключительный. Что скажешь?
— Ага.
Он сжал фурункул на моей спине.
— Так больно?
— Ага.
— Ну, что ж… Сейчас мы попробуем одну процедуру.
Я услышал, как он включил свое оборудование. Машина зажужжала. Завоняло разогретой мазью.
— Готов? — спросил доктор.
— Ага.
Он вонзил электрическую иглу мне в спину и принялся сверлить.
— Так, теперь следующий, — оповестил доктор и ввел иглу в фурункул.
Когда доктор бурил третий фурункул, в кабинет вошли двое мужчин и стали наблюдать за ходом процедуры. Вероятно, они тоже были доктора. Игла вновь вошла в меня.
— Я еще не видел, чтобы так вели себя под иглой, — сказал один другому.
— Ни единого звука! — отозвался второй.
— Почему бы вам, ребята, не пойти и не пощипать сестрицам задницы? — задал я им вопрос.
— Послушай, сынок, ты не смеешь разговаривать с нами в таком тоне!
Но игла снова вторглась в мое тело, и я ничего не ответил.
— Вероятно, мальчик очень ожесточился…
— Да, конечно, так оно и есть… И они удалились.
— Они настоящие профессионалы, — сказал мне доктор. — Зря ты их оскорбил.
— Сверлите дальше, — предложил я.
Док принял мое предложение. Игла была уже очень горячей, но он не останавливался. Высверлив все гнойники у меня на спине, он перекинулся на грудь, потом обработал шею и под конец лицо.
Вошла сестра и получила инструкции:
— Так, мисс Аккерман, эти пустулы нужно тщательно дренировать. Будет идти кровь, не обращайте внимания, продолжайте отжим. Нужен основательнейший дренаж.
— Хорошо, мистер Грунди.
— После этого проведете ультрафиолетовое облучение, по две минуты на каждую сторону…
— Хорошо, мистер Грунди.
Я прошел за мисс Аккерман в следующий кабинет. Там она снова уложила меня на стол, взяла салфетку и сжала первую пустулу.
— Больно?
— Нормально.
— Бедняжка…
— Не беспокойтесь. Мне и так неудобно, что вам приходится возиться с этим.
— Ах ты, бедняжка…
Это был первый человек, который проявил ко мне неподдельное сочувствие. Странные ощущения. Мисс Аккерман — маленькая, толстенькая медсестра лет тридцати.
— Ты ходишь в школу? — спросила она.
— Нет, меня освободили.
Мисс Аккерман делала свое дело и развлекала меня разговором.
