Автор
Диана — решает проблему заказчика и требует семью ночами в обмен. Изумление и сомнение окружающих смешиваются с желанием уладить дело за семь миллионов. Лицо её друга-отца стало жёстче, черты острее, словно прорезавшиеся благодаря страстям и бедам, к которым она теперь готова обратиться....
За три года дети Карима очень повзрослели: в этом году и мелкая Заринка пойдёт в «нулёвку» — предшкольную подготовку, Амир и Данияр вытянулись сильно, лбы здоровенные стали!
На руках у Алии возится четвёртый ребёнок — сынишка, двух с небольшим лет. Алия назвала его Русланом.
Получается, что мой Тимурка и Руслан почти ровесники. Тим помладше, конечно, но очень бойкий и развитый, болтает без умолку.
Как привозят заказ, все размещаются за длинный, овальный стол.
Откровенно, я даже рад, что Алия решила приехать внезапно: напряжения гораздо меньше, внимание рассеивается и часть острых углов оказывается сглажена.
Прислуга расставляет заказанную из ресторана еду. Дети, ясное дело, сразу налегают на пиццу и сок.
Люська хрустит капустой и какими-то заумными водорослями, решив рассказать нам о полезном питании, но её голос быстро тонет в гомоне детей, и больше она не заикается.
Вижу, как Диана на протяжении получаса пытается домучить один-единственный кусок пиццы с морепродуктами.
Ну, коза, блин, зачем саму себя истязает? Видно же, что терпеть не может креветок, но назло мне пытается их есть.
Упрямая, блин!
Раздражает!
Хочется по круглой заднице её отшлёпать хорошенько, чтобы не дурила.
Ещё один кусочек.
Потом Ди откладывает пиццу и сидит, смотря перед собой в тарелку. Пытается проглотить, затем резко поднимается из-за стола и, зажав рот ладонью, уносится прочь.
За столом на секунду повисает тишина. Она нарушается лишь скрипом ножа по дорогому фаянсу — Люся пилит зелень.
До моего локтя дотрагивается Алия.
— Хан, можно тебя на минуточку? Нужно поговорить!
Алия поднимается первый, вытерев рот салфеткой и отходит на несколько метров, требовательно глядя на меня.
Приходится отложить мясо в сторону и идти за вдовой. За три года, минувших со смерти брата, Алия до сих никого себе не нашла. Хранит траур по Кариму. Это, конечно, похвально, что она так Карима любила, но бабе тоже секс необходим.
Я бы не противился, если бы Алия себе достойного мужика привела, и ни в чём её винить не стал.
Может, как раз об этом мне и хочет сообщить?
Мы выходим из столовой и останавливаемся в коридоре.
— Объясни-ка мне кое-что, Хан… — начинает говорить Алия с блеском в глазах.
И по тому, как она на меня смотрит, ясно, что разговор пойдёт не о ней.
Но обо мне.
— Ты притащил в дом любовницу? — спрашивает Алия громким шёпотом.
