В зале полыхнуло пламя сигары полковника, а его тихий потоки смыкались и разбегались под смех Эвадны, приплюснутой перед зеркалом. Холодный взгляд дамы указывал на то, что не все в этой истории просто так сложилось — она чувствовала под собой уверенность, будто сама автор этих событий....
И слава Богу, должна я сказать. Мои читатели – все, я не сомневаюсь, крайне респектабельные люди, но, согласно моему опыту, стоит позондировать поглубже за общепринятые любезности «как вы поживаете» и «так приятно повидаться с вами», и оказывается, что эти же самые очень респектабельные люди придерживаются жутчайших ханжеских мнений.
– Да-да, – нетерпеливо согласился Трабшо, – но не могли бы мы вернуться к Джентри, будьте так добры.
– Собственно, добавить почти нечего. С нами произошло точно то же, что и с бедняжкой Клемом.
– Каким образом возникла эта тема?
– Я, собственно, не помню, так глупо это было.
– «Дама из Испании», Эви – подсказала актриса. – Ты могла упомянуть что-то такое.
– «Дама из Испании»? – ошеломленно повторил Тробшо.
– Да, верно. Селина сидела за роялем, и она спросила, нет ли у кого-нибудь желания послушать что-нибудь.
Теперь Трабшо выглядел просто ошалевшим.
– «Дамы из Лиссабона»? Не понимаю. Лиссабон же в Португалии, а не в Испании.
Вновь и актриса, и писательница разразились взрывами неудержимого смеха.
– Понимаю… да-да, я понимаю, – промямлил он, явно донельзя расстроившись.
– Ваше слово, вы помните? – спросила Кора Резерфорд. – Вы дали нам слово."
"– Да-да, я дал вам мое слово, и, уверяю вас, я сдержу его. А странно, даешь что-то, а затем сам же и держишь, но вы меня понимаете. И можете доверять мне, милые дамы. А теперь, – докончил он, – я должен задать мой последний вопрос вам обеим. Мисс Резерфорд, мисс Маунт, одна из вас убила Раймонда Джентри?
– Ты первая, – сказала Кора Резерфорд Эвадне Maунт.
