Автор
Пиппа ставила все под контроль, даже мертвые глаза, которые казались живыми в каждом зеркале и каждом взгляде. Каждая тень на улице — это могильный холодок, пронизывающий душу, как смерть, но не убивающая ее. Теперь они видели его тоже — мертвые глаза на её собственном лице....
Новостной канал фоном работал весь день. Ничего. Никаких трупов.
Пиппа не находила себе места.
Хуже всего стало вечером, когда пришел Рави. Они затравленно переглядывались и украдкой сжимали друг другу руки; говорить вслух было нельзя.
Нашли Джейсона или нет? Наверное, нашли… При тушении пожара должны были заметить следы крови… Среди сотрудников «Грин Син» наверняка ходят слухи: их должны были отправить по домам и объяснить, почему не пускают на работу. Можно заглянуть к ним в социальные сети и…
Нет, нельзя.
Надо просто ждать, переборов в себе желание. Иначе попадешь в число подозреваемых.
Засыпала Пиппа с трудом. Впрочем, это было ожидаемо. Таблеток у нее больше не осталось, хотя сейчас, возможно, они были нужны как никогда прежде. Всякий раз, когда Пиппа закрывала глаза, она боялась, что уже не откроет их, поскольку они будут залеплены скотчем. На губах ощущалась клейкая лента, воздуха не хватало. Выстрелы в сердце грохотали громче прежнего.
— Привет, соня, — сказала мать в среду, когда Пиппа нетвердой походкой спустилась по лестнице, по привычке переступив третью ступеньку снизу. — У меня отменились два показа, поэтому я приготовила завтрак. Будешь блинчики?
Пиппа села за стол и сделала большой глоток кофе — слишком горячий для пересохшего горла.
— Знаешь, кажется, я стану скучать, когда ты уедешь в университет, — сказала мать, присаживаясь рядом.
— Я буду приезжать на выходные, — напомнила Пиппа с набитым ртом.
Еда не лезла в горло, но не хотелось расстраивать маму.
— Это другое… Ты так быстро выросла! Куда только летит время…
Мать щелкнула пальцами и взглянула на лежавший рядом телефон: тот неожиданно звякнул.
— Странно. — Она взяла аппарат в руки. — Пишет Шивон с работы, говорит, чтобы я включила новости…
У Пиппы так сильно сдавило грудь, что она услышала, как трещат ломающиеся ребра. Шея покрылась ледяным потом, лицо, напротив, вспыхнуло.
Стараясь не выказывать чувств, она заковыряла вилкой блинчик, чтобы хоть чем-то занять руки.
— Зачем? — спросила Пиппа словно бы невзначай.
— Просто говорит включить. Не знаю. Может, в школе что-то случилось?
Мать встала и поспешила в гостиную.
Пиппа выждала пару секунд, пытаясь унять панику. Вот он, тот момент. Надо разыграть спектакль, причем с максимальным старанием, поскольку на кону ее собственная жизнь.
Пиппа отложила вилку и пошла вслед за матерью.
