В зале гостей Забелиных плавает легендарное величие. Игнат склоняется перед родными с энтузиазмом, а друзья лишь поклоны показывают. Призраки откликаются радостным возгласам, и настроение пронизывается тревогой и торжеством.
– И ничего не ладно! Беседку по моей задумке создал знакомый паренек с пятого курса. В академии учится немало талантливых ребят, умеющих управляться со льдом. Твой жених тут ни при чем!
– Удивительно даже, что такая идея пришла тебе, а не ему.
– А чем я хуже? – насупился парень. – Тем, что не обладаю даром и усыпальницей знаменитых предков?
– Ну, что ты! Это здесь не играет никакой роли. Мне правда нравится, – задрала голову, любуясь ледяной крышей и игрой солнечных бликов на поверхности.
– Я рад, – смягчился Иван, – ты кушай, а то еда быстро остынет.
После сытного обеда на свежем воздухе не хотелось возвращаться к проблемам. Однако делать нечего, не так много у меня друзей, которым могла бы довериться. Вроде бы Ванька не клялся в верности, не приносил присягу роду, а по-прежнему оставался своим человеком.
Разговор выдался непростым. Иван, как только услышал о предателе, сразу взбеленился и категорически заявил, что Ромка не мог этого сделать.
– Мне самой не верится, но я даже спросить не могу, чтобы не навредить случайно! Он может не осознавать, что это происходит.
– И не так уж много, я тебе скажу, – пробурчал парень, заступаясь за друга. – Варфоломей сразу выставил защиту в комнате, на нем несколько различных амулетов. А, случись какое воздействие, догадался бы! Он как никто другой чует темную энергию.
– Ты прав! И поэтому Ромка – последний человек, на которого я бы подумала.
– Вот именно! Факты! Алим Осипович беседовал с Агниярой, когда та напала. – Я невольно вздрогнула и отвела взгляд, мне пришлось утаить правду о ментальном контакте. – Шумская выждала, пока противник расслабился, усыпила бдительность и нанесла удар. Возможно, что и к Варфоломею враг подобрался настолько близко, что он спокойно поворачивался к этому человеку спиной. Взять хотя бы соседа по комнате! Тот запросто мог дождаться, пока Ромка уснет и сделать все, что угодно.
– О, господи! – Я вдруг вспомнила, как встретила Евгения Шереметьева на собрании клуба. – Думаешь, это он?
– Больше некому! Выждал какое-то время, понаблюдал. Мог даже не сам, а впустить чужака в комнату ночью. Но без его участия не обошлось.
– И что же нам делать?
– Как что? Спасать друга, – Иван зло ухмыльнулся и ударил кулаком правой руки по ладони левой.
