В эпоху Четвертого Исхода, когда тьма навалилась на Королевство Амриарн, главная площадь перед Храмом наполнялась громкими криками. Здесь шла женщина... или нечто похожее на женщину — с обесцвеченным лицом и волосами в паклях — истязаемое вопль оно призывало защиту Священной Колыбели, но было выгоняют прочь....
И нет, это были не просто прогулки с желанием показать, как устроен мир вне Колыбели. Пусть кукловода и не стало, но его темные дела, к сожалению, продолжали жить… Виктран устраивал облавы на тех идиотов, которые продолжали проводить жертвоприношения, вызволял бедолаг, попавших в жернова беззакония и власти зажравшихся аристократов.
После первого такого рейда сын на сутки заперся в своей спальне и никого к себе не подпускал, даже Ахадэриана. А следующую ночь спал со мной. И плакал, много плакал…
Волновалась ли я? Безумно.
Поэтому да, ход назад мне пришлось откровенно поговорить с детьми о том, почему Элейн – Рамиранская, а они – Дарремские.
Да, как мать я бы хотела, чтобы мои дети как можно дольше оставались в неведении. Но в то же время, опять же, как мать я хотела, чтобы они не выросли моральными уродами, развращенными властью и вседозволенностью.
Хотелось бы верить, что мы справились… Рассудит время.
Но о том, что моя душа пришла из другого мира и времени, а душа мужа переродилась тут, мы с Виктраном решили не говорить никому, и Ахадэриан это решение поддержал.
У Лианелии и Амадео родился сын – будущий аргерцог Аригальерский. Асим стал ему нареченным отцом, а Дариола – нареченной матерью. Сейчас у Алесана Амадео период пробуждения второй направленности дара, и он безвылазно вынужден сидеть в родовом поместье. Отчего сильно горюет. Но что-то мне подсказывает, что этот шалопай просто не хочет учиться. Ему куда интереснее ходить хвостом за отцом и королем во дворце, чем изучать скучные книжки или выполнять отцовские упражнения.
Могла ли я когда-то даже представить, что моя земная жизнь окажется не концом, а началом? Началом удивительного приключения, итогом которого станет торжество любви!"
"Прошлая жизнь уже кажется такой далекой и чужой. И пусть память все так же свежа, а нет-нет – и меркнет прошлое, отзываясь лишь далеким эхом. Мое сердце и моя душа отныне и навсегда здесь, рядом с любимыми людьми.
