В холодном бинте медсестры, поддерживая кровь, начинаются терпимые процедуры для Валентина Сяпкина. Медсестра увещевает его, но он уже привык. Я же чувствую себя на грани боли и сознания, как врач поднимается к плечу. Этот мир мгновенно вспыхивает тенями, когда я понимаю, что здесь есть куда больше....
Осторожно, словно могла сломать или повредить, прислонила ладонь к поверхности и ахнула. Она была холодной и металлической, как я и предположила. А ещё звук от прикосновения получился каким-то глубоким, словно внешняя часть, к которой я прикасалась, была тонкой, а за ней пустота.
Почему-то именно в этот момент вспомнилось сказанное мужем ещё на орбите. И я невольно отшатнулась, убрав руку. Арв же не говорил ничего, ждал, пока мои мысли в голове сформируются до конца, и я осмелюсь озвучить их.
- Это… её аппарат? – спросила тихо резко севшим голосом.
"- Самое важное сокровище рода, - кивнул муж, подтверждая самую удивительную догадку. – То, что дало начало будущему всего Роурана и его выживанию на грани того отчаяния, что завладевало им в те тёмные дни. То, что дало начало нашему роду, принеся семя многовекового процветания.
От шока и того трепета, с которым он всё это говорил, у меня пересохло в горле, затряслись руки и даже коленки. Самый настоящий первый межзвёздный летательный аппарат! Далёкое будущее для прошлой меня и далёкое, ценнейшее прошлое для целой расы.
Захотелось притронуться к чуду ещё разочек, но я себя остановила, решив уточнить у моего супруга другое:
- Она прилетела на нём одна? Какое имя у него было, это известно?
- Одна, - подтвердил император, - а название… почему-то предки произносили его с иронией, но никто не объяснял почему.
Учитывая историю встречи Арики и Роурана, название даже немного саркастичное. Я не смогла удержать смеха, когда муж вопросительно, непонимающе и немного уязвимо посмотрел в ответ.
- Это… Это, действительно, из земной истории. Даже скажу больше, оно с ещё более древних времён, чем жила я, - постаралась хоть как-то начать пояснения к иронии. Постепенно, осторожно я рассказала о древнем городе с крепчайшими стенами, которые невозможно было завоевать или сокрушить, но что рухнули в одночасье от зова труб хитрого противника, не решившего идти напролом.
