Молодой разоренный граф, сосланный в родовые земли, вынужден жениться, чтобы спасти сестру. Но судьба жестока: приданое тонет в море. Когда отчаяние охватывает героя, появляется таинственная женщина, готовая помочь ему восстановить утраченное богатство и честь.
И картинки вместо того, чтобы оставаться картинками, сходят со своего каменного полотна. Пространство заполняют всё новые и новые светящиеся цветы, на моих глазах вырастает то ли сад, то ли лес, а на самых крупных стеблях, сколонённых под тяжестью бутонов, появляются птицы. Не светящиеся, созданные волшебным неоном, а самые настоящие живые, которых я видела в вольере.
— Карр! — моё внимание привлекает жёлтая птица. Подозреваю, что она и есть моя воровка.
— Карр, — подхватывают другие птицы.
— Карр-карр!"
"Раздаётся хлопанье крыльев, и карканье сливается в многоголосый птичий базар, который мало похож на пение.
В храме будто сам воздух меняется.
— Даниэлла, — господыня впервые обращается ко мне по имени. Она жестом приглашает меня.
Мне идти сквозь изображения цветов? Учитывая, что птицы прекрасно держатся за стебли, я сомневаюсь, что лес — мираж.
Жётая птица взмывает вверх, делает надо мной круг и улетает по направлению к господыне, но тотчас круто сворачивает. Да она мне показывает дорожку!
У демонов какая-то особая страсть к лабиринтам, да? Без лабиринта демон не демон?
Среди волшебных цветов я иду не одна. Ещё два силуэта в белых накидках, но лишь у одного вышивка. Полагаю, Гарет и близняшки? А где Бетти? Разве её не нужно пригласить на общесемейный шабаш? Демоны о ней знаю, но почему-то не пригласили.
Девочки идут вместе, а вот у Гарета своя тропинка.
И в компании какой демоницы он плавал обнажённым?!
Эм…
О чём это я?
— Если отсечь ветвь, то ветвь погибнет. Если ветвь отпустила собственные корни, она может стать деревом, но оно всегда будет помнить свои истоки.
Красиво складывает.
Господыня отступает в сторону. То, что стоит в центре зала и до этого момента пряталось за её юбкой… не очень похоже на алтарь, а вот на кадку под фикус или декоративную пальмочку — вполне.
И что надо делать?
Почему нельзя объяснить по-человечески?!
Наверное, потому что демоны…
— Достаточно ли крепки ваши новые корни? Действуйте.
То есть я напрасно обрадовалась, что начался инструктаж?
Мда…
И что делать-то?
В отличии от меня Гарет знает. Он сбрасывает капюшон и поднимает руки, дожидается, когда непомерно длинные рукава соскользнут до локтя и, освободив руки, избавляет от тряпки перед лицом меня.
Его мягкая улыбка разом прогоняет всё моё беспокойство. Что бы ни происходило, вместе мы справимся. Гарет помогает мне освободить руки, переплетает пальцы с моими и тянет к кадке.
— Мы должны наполнить её магией, — поясняет Гарет.
