Молодой разоренный граф, сосланный в родовые земли, вынужден жениться, чтобы спасти сестру. Но судьба жестока: приданое тонет в море. Когда отчаяние охватывает героя, появляется таинственная женщина, готовая помочь ему восстановить утраченное богатство и честь.
Впрочем цветок он выбрал красивый. Длинный стебель с серебристым пушком вместо листьев венчает сочный оранжевый бокал из крупных плотно собранных лепестков с неровным краем. Мне кажется, если я сложу ладони чашей, то цветок будет больше раза в два.
Гарет подаёт мне руку, приглашая вместе пройти за цветком.
— Карр! — возмущённо кричит жёлтая птица. — Карр! Карр!
Неужели я теперь действительно её понимаю?
Я чётко улавливаю её посыл — нет-нет-нет!
Птица взмывает с куста, проносится по саду, едва не задевая близняшек краем крыла — девочка успевает пригнуться.
— Нет! — возмущается господыня, но ничего не предпринимает."
"Птица поднимается к потолку, бьёт крыльями, пытаясь удержаться на одном месте. Кажется, она зависла перед настенным изображением цветка…
С клёкотом она буквально нападает на камень, бьёт когтями, клювом. Вниз летит мелкое крошево, и за каких-то пять-шесть ударов ей удаётся вырвать из стены плоское изображение перламутрового цветка. Светящиеся линии, потеряв удерживавший их “каменный холст”, тотчас искривляются, сворачиваются в светящийся шарик. Кажется, будто изображение цветка гибнет. Но нет.
Светящийся шарик похож на жемчужину, но, наверное, правильнее сравнить с семечкой.
Птица хватает его на лету и приносит.
— Гарет? — разве вороватой пернатой можно доверять?
— Удачи, — цедит господыня.
Покосившись на меня, Гарет вдруг хмыкает:
— Видимо, это возмещение за слезу.
Сомнительно…
Гарет принимает семечко и выставив руку над кадкой, позволяет ему соскользнуть. Светящаяся точка опускается медленно. Когда она касается магии, по поверхности разбегаются круги. Погрузившись, семечко выпускает самые настоящие с виду корни, разворачивается стебелёк, а память подкидывает по случаю обрывок очередного воспоминания о прежнем мире — видео, как проклёвывается фасоль, только ускоренное в разы.
Бутонов у цветка два.
Для Гарета и для меня?
Стебель поднимается над кадкой. Похоже, он самонаводящийся — легко дотягивается до моего запястья. Гарет всё ещё продолжает удерживать мою ладонь в своей, и стебель связывает наши руки.
Когда бутоны распускаются, я начинаю чувствовать едва уловимый сладковатый аромат, от которого почему-то становится не по себе. Вроде бы приятный аромат, лёгкий, но в то же время настолько въедливый, что вдыхать его совершенно не хочется. На языке появляется привкус всё той же сладости, а в голове начинает шуметь.
С цветком и с его ароматом явно что-то не то.
Думать всё труднее, а ощущения странные.
