В старых графских замках, заброшенных и исчезающих, звучат странные голоса — мужской и женский, незнакомые и напуганные. Хозяйка этих развалин решительно отказывается выходить замуж, но её неуправляемый характер привлекает посторонних членов партии, готовых придумать свадьбу любыми средствами....
Слова Гарета прозвучали как точка в разговоре, и на обратном пути все молчат. Лично я думаю о том, что поражающий своим великолепием дворец настолько большой, что за день или даже два обойти его нереально. Лично я не представляю, где искать кладовые. А спальни? Со спальнями проще, переночевать можно в любом холле на диване. Если они во дворце есть. Я вспоминаю, что у демонов половина интерьеров — голые камни, а половина — ткань. Вдруг для нас сделали также?!
Мы поднимается по парадной лестнице, входим в кажущийся бесконечным вестибюль.
Волшебно…
— Гос-с-сподин и гос-спожа, с вашего позволения, — вмешивается управляющая, у неё подёргивается самый кончик хвоста.
Я молчу.
— Да, леди Касша Тесшерис?
— ""Леди Ка"" достаточно, гос-сподин.
Часть слов леди произносит без шипения. Похоже, обращения она выделяет нарочно.
— Я вас слушаю, леди.
— Позвольте мне осмотреть кладовые для вас, гос-сподин, и предоставить отчёт.
— Дани, вы не возражаете? — обращаясь ко мне при посторонних, Гарет переходит на ""вы"".
Он подчёркивает мой статус хозяйки или намекает, что нужно отказать? А как правильно отреагировать?
— На ваше усмотрение, — улыбаюсь я.
— Я тоже не возражаю.
— Благодарю за оказанное доверие, гос-с-сподин, гос-с-спожа.
Мне кажется, или теперь змея теперь тянет ""с"" одинаково длинно и для Гарета, и для меня?
Пустив по телу уже знакомую волну вместо поклона, змея за какие-то мгновения пересекает вестибюль и скрывается в глубине коридоров.
— С вашего позволения, господин, госпожа, неплохо бы осмотреть жилую часть, найти ваши покои.
Меня тянет ляпнуть, что одну ночь можно провести в любой комнате, но я сдерживалась. Не надо с самого начала понять графское достоинство. Люди не восхититься практичность, увы, наоборот, они не будут уважать ту, которая ночует в закутке прачки.
— Да, согласен, — кивает Гарет.
— Да, — подхватываю я.
Гном кланяется степенно, отступает на пару шагов и лишь после этого отворачивается и удаляется твёрдым неспешным шагом. Наверх убегает широченная парадная лестница, и гном начинает подъём.
— Мы тоже осмотримся? — предлагает Гарет.
— Ага.
