Я пришла в себя в неизвестном месте, окружённой странствующими драконами и разбитым домиком. Потолок с лепниной напоминал мне об обыденности больницы, но здесь всё было наоборот — жарко, удушливо и полным ветром чужих мыслей и требований.
— Можно задать вопрос?
Оглянувшись на зов, мужчина сначала разулыбался — внешность Ивари однозначно играла мне на руку, несмотря на то, что подол ее розового шифонового платья кое-где был перепачкан дорожной пылью.
— Вы не подскажете, где здесь детский приют? — спросила я, подойдя ближе.
Одежда, лицо и руки мужчины были припорошены мукой, сам он был пожилым, лысым и круглым, так что неуловимо напоминал каравай. Лицо мужчины тут же переменилось. Он нахмурился и сплюнул себе под ноги.
— А вы кто такая?
— Я из столицы, — обтекаемо ответила я.
Кажется, не стоит объявлять всем и каждому, что я — Ивари Хант. Раз уж на нее объявлена такая охота.
— Новая управляющая что ли? — тут же нашелся он. — Не совались бы вы туда, мисс. Возвращайтесь-ка в свою столицу. И замуж выходите. Не место вам тут.
Посмотрев мне за спину и увидев девочку с совиными глазами он поморщился сильнее.
Я сжала руки в кулаки.
— Я все-таки сунусь.
— Прямо по дороге и за городом направо, — буркнул мужчина.
— Это далеко отсюда? — перебила я.
— Пять минут.
Бакалейщик отвернулся и направился к двери, даже не попрощавшись.
Что ж. Никто и не обещал, что будет легко. Детей здесь явно не любят — я это и так знала. И все-таки — кто сейчас занимается приютом? Ничего, сейчас я все узнаю.
— Пойдемте. — Я взяла девочку за руку, которую та с готовностью мне протянула. От этого жеста недоверчивой и диковатой малышки сжалось сердце.
"— Ох, ласточка… — снова завела няня Урсула, но, к счастью, не стала продолжать.
Мы двинулись вперед в полном молчании. Ровные ряды домов закончились, дальше дорога уходила вперед, теряясь среди зеленого луга.
Посмотрев направо, я увидела двухэтажный особняк из красного кирпича.
Мы на месте!
***
Особняк стоял на отшибе в окружении деревьев — сложно было сказать, где заканчивался дикий неухоженный сад и начинался лес.
Но чем ближе мы подходили к высокому зданию, тем менее уютной и идиллической начинала казаться картина.
Стало понятно, что дом сильно запущен: несколько окон выбито, стены увивает плющ, лужайка заросла сорняками, а от ограды остались одни ворота и несколько одиноко торчащих вверх штакетин.
