Я пришла в себя в неизвестном месте, окружённой странствующими драконами и разбитым домиком. Потолок с лепниной напоминал мне об обыденности больницы, но здесь всё было наоборот — жарко, удушливо и полным ветром чужих мыслей и требований.
Несколько секунд я соображала, что произошло, а затем улыбнулась:
— Ты ее стащила?
Девочка, не отрывая от меня настороженного взгляда, кивнула. Покрепче, по обыкновению, сжала мешок с фруктами.
Хм, я точно помнила, что сумочка была на месте за пару минут до того, как на нас напали.
— Когда в карету ворвались разбойники? — спросила я.
Еще один настороженный кивок.
— Умница! — обрадовалась я и на радостях ее обняла.
Ощущалась малышка, закутанная в сотню слоев ткани, странно, но я решила не придавать этому значения.
— Ты нас очень выручила, — сказала я, отстранившись.
Девочка, пару мгновений побуравив меня тяжелым взглядом, полезла куда-то за пазуху и с явной неохотой отдала мне серебряную монету, которую, видимо, успела вытащить из моей сумки и припрятать отдельно, для себя.
Хм, а она не промах. Надо бы за ней приглядывать.
— А золото-то генерала Реннера я не сберегла, — всхлипнула няня Урсула.
— Ничего, — подмигнула я ей. — Осталось у меня пару козырей в рукавах.
А еще под юбкой, под стельками туфель, под корсажем… В который раз поблагодарив маму, которая когда-то приучила меня, собираясь в дорогу, все деньги и ценности раскладывать во множество мест на случай встречи с карманниками, я скомандовала:
— Идем. Скоро будем на месте.
Вот только на душе скребли кошки. Кому могла понадобится Ивари, чтобы объявить на нее такую охоту? Стоит ли мне беспокоиться о своей безопасности и, главное, о безопасности детей?.
Одно хорошо: по чьему бы указанию на меня ни напали, теперь все уверены, что Ивари мертва.
— Давай не будем их разубеждать, — предложила я, поделившись подозрениями с няней Урсулой.
Та приложила руку ко рту.
— Да как же, ласточка. Что-то ты себе в голову вбила! Это ж…
— Разве этому есть другое объяснение?
Няня Урсула замолчала, а потом покачала головой.
— Как-то ты переменилась, ласточка.
Страх холодными пальцами сжал горло.
— Какой?
— Взрослой. Совсем как матушка твоя, мир ее сердцу.
Я облегченно выдохнула.
Тем временем мы добрались до города, который пока, ранним утром, еще спал. Он был не таким впечатляющим, как столица, но все-таки довольно уютным, с аккуратными домами, мощеной дорогой и блестящими стеклянными витринами магазинов.
— Извините! — рванула я вперед, увидев мужчину в белом фартуке у бакалейной лавки.
