Я пришла в себя в неизвестном месте, окружённой странствующими драконами и разбитым домиком. Потолок с лепниной напоминал мне об обыденности больницы, но здесь всё было наоборот — жарко, удушливо и полным ветром чужих мыслей и требований.
Конечно, я не была наивной идеалисткой и не ждала увидеть здесь поварские излишества, но… эта каша вообще съедобная?.. Пахло так неприятно, что даже у меня, хотя я не ела со вчерашнего утра, аппетит даже не шевельнулся.
Почему завтрак такой скудный?
В приюте нет денег? Или дело в другом?
Необходимо разобраться в этом как можно скорее.
Моргнув, я поняла, что Долорес смотрит на меня выжидающе.
О чем она меня спросила? Об институте благородных девиц? Что ж, кажется, Ивари после смерти родителей как раз в одном из таких училась, в закрытом, как интернат, — а потом сразу вышла замуж за своего генерала.
— Сейчас это не так важно.
Женщина ухмыльнулась.
— Кувыркалась небось с каким-нибудь гвардейцем и попалась на глаза комендантше? Потому и сослали сюда? Так-то ты вроде из богатых, как еще сюда могло занести?
— Здесь же дети.
Опять же — я не была поборником морали. Кому, как ни мне, было знать, что обо всем неположенном дети узнают гораздо раньше, чем хотелось бы родителям, но… Зачем при них обсуждать такие вещи?
— Да брось, кого стесняться? Я Долорес Далтон, воспитательница вот этих вот.
Чем дольше продолжался этот разговор, тем сильнее меня потряхивало от злости — удерживать спокойное выражение лица удавалось только усилием воли.
Ничего.
Осмотреться — хорошая идея.
Хотя очень хотелось оторвать Долорес голову.
— Идем. А вы сидеть! — рявкнула она на детей, и те дружно вздрогнули, хотя и до этого сидели неподвижно.
Черноволосая девочка лет тринадцати впилась в меня ненавидящим взглядом и притянула к себе светловолосого мальчишку, который тут же скорчил мне рожу. Девочка шикнула на него и поспешила загородить собой. Уставилась на меня снова, как будто говоря: ""Давай, ударь!"" Она была одета в черное платье, черные волосы - заплетены в косу.
Я снова осмотрела столовую. Раз, два, три… пятеро детей. Те, кто помладше, смотрели на меня с настороженностью, старшие — с откровенной неприязнью и даже ненавистью. Что ж, я и не рассчитывала на теплый прием.
Кивнув — время представиться еще будет, а пока главное, что все дети целы и в безопасности, — я вышла в холл вслед за Долорес. Нужно как можно больше выяснить о том, что здесь происходит.
