Я пришла в себя в неизвестном месте, окружённой странствующими драконами и разбитым домиком. Потолок с лепниной напоминал мне об обыденности больницы, но здесь всё было наоборот — жарко, удушливо и полным ветром чужих мыслей и требований.
— Дом тут сама видишь, какой, — проговорила Долорес, беря в руки связку ключей, которая висела у нее на необъятном поясе. — Крыша… А это кто?
Она окинула взглядом няню Урсулу и малышку с совиными глазами, которая испуганно жалась к ней. Я с тихой радостью заметила, что няня Урсула крепко держит ее за руку, а не пытается оттолкнуть.
— Они со мной. Это Урсула, моя помощница, и…
— Понятно, — перебила Долорес и поморщилась. — Очередной подкидыш на наши головы. Хорошо хоть жалованье добавят! — Она смерила малышку, которая поспешила спрятаться за няню Урсулу, брезгливым взглядом.
Долорес покровительственно похлопала меня по плечу.
— Давайте вернемся к делам, — процедила я.
Болтливость Долорес была мне только на руку, но как же хотелось вцепиться ей в волосы и...
— Да какие тут дела? — спросила она, перебирая ключи и подходя к лестнице.
— Дом хорошо отапливается? — перебила я.
Пускай зима еще нескоро — но, если с домом что-то не так, к ней нужно готовиться уже сейчас, иначе дети замерзнут и могут заболеть. И что-то я сомневаюсь, что в этом мире найдутся хорошие антибиотики.
К слову, этот момент тоже необходимо прояснить. А еще осмотреть детей — все ли здоровы. Вдруг кому-то нужен врач уже сейчас? Со здоровьем шутки плохи.
От огромного списка предстоящих дел кружилась голова. Мне бы сюда ежедневник! Ладно. Не все сразу.
Долорес пожала плечами.
— Этим хватает, не померли — и ладно. Они, гады, живучие! Ничто их не берет! Я-то зимой тут надолго не остаюсь, сама понимаешь… Да я и летом-то стараюсь поменьше тут времени проводить.
Так.
Это что еще за новости? Воспитательница старается проводить в приюте, где работает, поменьше времени?
А кто тогда заботится о детях?.. Никого другого я здесь не вижу."
"— Пойдем в кабинет, поговорим, — позвала Долорес, поднимаясь по лестнице.
Черная юбка, обтягивающая ее необъятную нижнюю часть тела, при каждом шаге колыхалась. Ткань, к слову, была довольно дорогой на вид и новой, плотной. А вот у детей все с гардеробом обстояло намного хуже, насколько я могла заметить.
— А разве не стоит сначала представить меня детям? — с кристальной вежливостью спросила я.
Долорес, обернувшись через плечо, посмотрела на меня с жалостью.
