В глубинах Балийского моря исчезает тело Игоря Лесницкого. Диана не вернулась к нему на остров Гобанга. Вода уносила последнее доказательство их любви, растворяясь в бесконечном синем. На поверхности моря расплывалась белая вспышка, а затем исчезала без следа. Остров Гобанга становится местом не только раздумий о браке и судьбе, но и тайнами морского дна....
– Ну вот и началось, – рядом зло усмехнулась магичка.
Она размяла пальцы, будто пианист перед ответственным выступлением. Затем вытянула руки вперед и вскинула вверх.
Глаза Риналии заполнились тьмой. К ее хрупкой фигуре со всех сторон начала стягиваться мощная сила. Ужасающая и холодная, не знающая пощады. Она крепла с каждым вздохом, каждым ударом сердца, заставляя вибрировать воздух и недовольно гудеть саму башню.
Диана тоже почувствовала эту силу. На ее глазах Рушка что-то забормотала, быстро, отрывисто, непонятно.
Время словно застыло. Диана перестала дышать. Ее сердце отсчитывало десятые доли секунды. А затем, когда воздуха стало уже не хватать, над морем раздался грохот.
Он был такой силы, что даже башня под ногами содрогнулась до самого основания.
Пошатнувшись, Диана ухватилась за выступ стены. Затем глянула в сторону флота.
Тучу разметало над морем, а два корабля, над которыми она созревала, теперь затягивало в огромный водоворот.
На горизонте показались черно-красные точки. Они быстро увеличивались, превращаясь в трехмачтовые линейные корабли, ощерившиеся пушками. И над каждым будто пылало маленькое золотистое солнце.
– Что это? – Диана с тревогой указала на них рукой.
Но ответа не дождалась.
За ее спиной магичка без сил оседала на серые камни.
– Риналия! – Диана испуганно подскочила к ней.
Лицо волшебницы было бледным. Дыхание не ощущалось. Из носа вытекал кровавый ручеек, теряясь в растрепавшихся красных волосах.
– Помогите! – закричала Диана, чувствуя, как глаза застилают слезы. – Кто-нибудь! Помогите!
Но в ответ доносились лишь звуки сражения и пушечная пальба.
Отчаявшись, Диана уже хотела оставить Риналию и идти искать помощь, как небольшая деревянная дверца, ведущая на крышу донжона, с треском распахнулась.
– Риналия! – взволнованно выдохнул. Быстро проверил ее пульс, погладил по щеке и с облегчением улыбнулся: – Жива…
Диана молчала, во все глаза разглядывая его. Она потеряла дар речи. Потому что, если глаза не обманывали, сейчас перед ней находился ее супруг – Ормонд ле Блесс.
