В глубинах Балийского моря исчезает тело Игоря Лесницкого. Диана не вернулась к нему на остров Гобанга. Вода уносила последнее доказательство их любви, растворяясь в бесконечном синем. На поверхности моря расплывалась белая вспышка, а затем исчезала без следа. Остров Гобанга становится местом не только раздумий о браке и судьбе, но и тайнами морского дна....
Дважды в день женщину навещал врач, но основное время рядом с ней находился преданный Ормонд.
Услышав тихие шаги, магичка открыла глаза и улыбнулась:
– Пришла?
– Мне сказали, что вы хотели меня видеть, – немного смутилась Диана.
Уж слишком много тепла было во взгляде магички.
– Садись, – Риналия кивнула на стул рядом с кроватью. – Нам нужно поговорить. Точнее, мне нужно многое тебе рассказать. Не знаю, как ты воспримешь мои слова, но я больше не в силах молчать.
Немного нервно Диана опустилась на предложенный стул.
– Это что-то страшное? – уточнила она.
– Смотря, с какой стороны посмотреть, – усмехнулась магичка. – Можно я возьму тебя за руку?
– Чтобы увидеть мое будущее?
– Нет, к сожалению или к счастью, будущее для меня теперь закрыто. Я просто хочу подержать тебя за руку…
Риналия говорила странные вещи. Но Диана, вопреки собственным предубеждениям, протянула ей руку. И когда пальцы магички сомкнулись на ее ладони, она вдруг с отчетливой ясностью поняла: эта женщина ей не чужая.
А потом Риналия заговорила.
Ее исповедь длилась недолго. Диана слушала молча, лишь кусала губы, но не прерывала поток признаний. Чувствовала, что магичка тщательно подготовилась, обдумала каждое слово. И в то же время порой голос рассказчицы дрожал, словно она боялась ответной реакции.
А может, и правда боялась. Ведь не каждый день признаешься чужой взрослой женщине, что ты ее мать…
– Теперь ты знаешь все, – закончила Риналия и разжала пальцы, собираясь убрать руку.
Но Диана не дала. Удержала ладонь магички.
– Почему? – прошептала, не понимая, отчего каждый звук приходится силой выталкивать из горла и отчего на губах горько-соленый вкус. – Почему вы сказали мне это только сейчас?
Риналия отвела взгляд.
– Я боялась. Не знала, как ты это воспримешь. Вдруг оттолкнешь, когда узнаешь правду.
– А что же изменилось теперь?
Она хмыкнула:
– Ну, я чудом не умерла, пытаясь совладать с десятком сильнейших магов. Дыхание смерти, как выяснилось, прочищает мозги и помогает расставить приоритеты.
Диана судорожно вздохнула. Слезы катились по ее щекам, но она их не замечала. Только краем мысли удивилась, что лицо магички постоянно расплывается перед глазами.
– Ну, скажи хоть что-то, – потребовала та. – Скажи, ты меня ненавидишь?
– За что?
Удивление было искренним.
– За то, что отправила тебя в чужой мир. Заставила выживать с чужими людьми. Лишила любви…
Диана улыбнулась, смахивая слезы с ресниц, и покачала головой:
– Мне не за что вас ненавидеть.
