Автор
Я стояла напротив загадочного мужчины, которого уже можно было узнать — но на самом деле передо мной стоял безжалостный зверь, готовый причинить мне невыносимую боль. После одной встречи с ним я едва не умерла. Меня вернули назад, но в душе оставалась бабушка и загадочная Альфа-самка — Василиса Игнатьев....
— Так это всё была постановка?
Я ожидала, что он что-нибудь ответит мне. Как нибудь отреагирует … я имею в виду словами.
Вместо этого Герман, резко выкинув вперед руку, так же резко схватил меня за талию, мгновенно притянув к себе. После чего, под крики испуганной Надежды Ивановны, сразу же впился губами в мой рот.
Впрочем, я сейчас не совсем честна: несмотря на то, что всё случилось неожиданно, и на первый взгляд действия Левицкого могли показаться излишне агрессивными, но...
… но его поцелуй таковым точно не был.
Если попытаться объяснить это образно, то меня как будто целовал сам Север — холодный, равнодушный и жестокий снаружи, он на самом деле оказался теплым, даже жарким, заботливым, нежным...
Считается, что люди, которые никогда не бывали на крайнем севере, боятся туда ехать из-за холода, полярной ночи, и удаленности от центра; только вот те, которые всё-таки приехали, добрались до этих мест, остаются там навсегда, а если и уезжают, то всегда вспоминают свою холодную северную родину с щемящей тоской в груди.
То же самое было сейчас и со мной. Я чувствовала, что несмотря на всю свою суровость, несмотря даже на наличие у него страшного зверя где-то под кожей, Левицкий больше никогда не сможет меня испугать...
— Мой Север, — протянула я, в то время как Герман, ненадолго оторвавшись от моего рта, покрывал моё остальное лицо нежными поцелуями.
Целовались мы долго.
Я где-то краем уха слышала, как Тени спрашивают у Германа разрешения войти внутрь квартиры.
— Альфа? — смущенно спросил кто-то рядом с нами. Я почувствовала, как Герман махает рукой, ни на секунду не открывая от меня своего взгляда. Он в этот момент ненадолго оторвался от поцелуев и что-то внимательно искал в моём лице — что-то настолько важное, что всё остальное могло подождать.
Но я ждать не могла.
— Мой Север, — улыбаясь, повторила я и сама потянулась к Герману за лаской. Потянулась всем телом.
Поднявшись на цыпочки я крепко поцеловала своего мужа, не обращая внимания на стоявшую рядом с нами толпу людей.
Но как только мои губы прикоснулись к губам Германа, мой супруг тут же перехватил инициативу, давая мне возможность почувствовать всю гамму наслаждения от простого... нет, непростого, но единственного поцелуя.
