Автор
В эпоху Четвертого Исхода и первых снежников, королевство Амриарн озабочено потерями. Столица напоминает густую тьму в дневное время — изможденные роженицы, скрежеща зубами, пытаются выдавить последние силы, поддерживая жизнь младенцев в критической ситуации. Здесь и сейчас оживают истории о борьбе за выживание в мирной тиши и грохоте войны....
И раз уж мой титул выше, ждать от меня раболепия или послушания не стоит. Я буду защищать свои земли и своих людей. И если в вашей голове крутятся мысли о том, чтобы сделать меня инструментом в руках короля, то помечтать вы, конечно, можете. Однако советую забыть об этом. Такого никогда не случится.
– Вы все еще подданная королевства Амриарн.
– Предлагаете заявить о своей независимости и нейтралитете?
– Нет!
– И к чему тогда было ваше замечание? Вы разве не заметили, что я не делаю ничего, что могло бы навредить королевству и, в частности, Его величеству? В то время как он изыскивает способы навязать мне не только свою волю, но и желания.
– Анастейзи, может, отпустите лэдора Вальского? Полагаю, у него есть дела, от которых вы его из-за меня оторвали… Смею заверить, мне гораздо лучше, и лишаться чувств от изумления я не планирую.
Амадео пытался смягчить свои слова шуткой, но вышло откровенно вяло.
– У меня нет секретов от семьи, Ваша светлость. Тирхан знает обо всем, что происходит в Колыбели. И в будущем я не собираюсь от него ничего скрывать. Если вам мешает мой помощник, то нам больше не о чем разговаривать. Вашего сына я сама найду и приведу, а вы действуйте по своему усмотрению.
Я широко улыбнулась, вдруг вспомнив, как у меня забрали обратно мою тысячу золотом. Да и вообще, как аргерцог торговался со мной чуть ли не за каждую мелочь, и как в дорогу я в итоге собиралась самостоятельно, с чем, по их мнению, не могла справиться хорошо и правильно. Будь на моем месте Стейзи, то да, вряд ли бы она хорошо понимала, что нужно брать с собой, и уж точно не стала бы отправлять клич по деревням… Ну да ладно…
– А вы злопамятны, Хозяйка.
– Ну что вы, Ваша светлость. У меня, несомненно, прекрасная память, грех на нее жаловаться, но вместе с тем зло я забываю быстро. Отомщу и забуду. И так по кругу.
– Пока соперник не запросит пощады?
– Узко мыслите! Уж простите, Ваша светлость, – вмешался в диалог молчащий до этого Тирхан. – Пока не исчезнет раздражитель – объект отмщения.
