В далеком и загадочном месте юго-западной Ирана, где время выглядит совсем по-другому — глядишь и к 704 году до Р.Х., Макс Гончаров не понимает ни своих местонахождения, ни причин своего присутствия. Как будто бы его тело перенесло сюда в каком-то невиданном путешествии. Здесь он оказывается среди людей и событий, которые заставляют задуматься о смысле жизни и месте каждого из нас на свете....
Мне и в голову не могло прийти, что этот мальчишка превратит всех женщин в своих наложниц. Я ведь даже радовался сначала, господин.
— Радовался? Чему?
— Наши ткани стали пользоваться просто безумным спросом. Фактически, мы продали все запасы, а купцы заказали больше, чем мы можем сделать за год. И готовы платить вдвое.
— Почему???"
"— Наши златошвейки стали делать такие узоры, каких мы никогда в жизни от них получить не могли. Это что-то невероятное, господин. Я специально разбирался в этом. Этот пацан переспал с сорокалетней вдовой и сказал ей, что ее глаза достойны Иштар, а та на следующий день соткала платок с птицей немыслимой красоты, который мы потом продали вавилонскому купцу по весу в серебре.
— Зачем он спал с сорокалетней вдовой? — спросил совершенно сбитый с толку эну Нибиру, — ему молодых мало?
— Да его уже особо не спрашивают, господин.
— Мардук, помоги мне, — простонал эну Нибиру. — Я мог догадаться, что от этого раба будут неприятности. Как он справляется с работой, Халти?
— Выше всяких похвал, господин.
— Может, евнухом его сделать? — задумчиво сказал эну Нибиру, — это решило бы все вопросы.
— Простите, господин, прошу не делать этого. Ткачихи, поварихи и танцовщицы стоят за него горой. Мы просто можем не справиться с ситуацией.
— Тогда отошли его.
— Куда, господин?
— В храмовую школу, пусть учится.
Самым страшным для Макса в этой ситуации было то, что с чувством юмора у жрецов высшего звена было плоховато. Евнухи в Месопотамии были делом обычным, а некоторые должности занимали только они. Поэтому возможность лишиться мужского естества повисла над Максом, как Дамоклов меч.
