Автор
Барнсли, Англия, 1200 год. Мужской монастырь. Внутренние коридоры и светлые церкви скрывают загадки о священной благодати, которую Господь распределяет по особам. Каков порядок при этом? Ученики спорят над этой тайной под руководством мудрого епископа Холвика.
– Так вы желаете…
– Да! – раздраженно рявкнул Габриель, почувствовав, как в ней опять пробуждается ужас.
– Зачем?
Она, похоже, и впрямь не понимала. Ему удалось унять свою гордость, но неудовольствия скрыть он не смог.
– Джоанна, разве вы не были замужем три года?
Она старалась не смотреть на него, хотя это было трудно. Он и впрямь был очень привлекателен, и хотя она и старалась не выдать себя, сердце ее учащенно билось от его близости и запаха, исходившего от чистого тела. Судя по тому, что волосы его были еще влажными, прежде чем прийти к ней, Габриель принял ванну.
Джоанна не хотела думать, как это приятно, но никак не могла совладать со своими своевольными мыслями.
– Может, вы все-таки ответите, пока не наступило утро?
– Да, была.
– Тогда почему вы спрашиваете, зачем я здесь?
Его недоумение не произвело на нее никакого впечатления.
– Ведь если я не могу родить ребенка, то с какой целью со мной спать?
– Разве нет других причин разделить с вами ложе?
– Что же это за причины? – удивилась Джоанна.
– Разве вы никогда не испытывали удовольствие от выполнения супружеских обязанностей?
– Об удовольствии я ничего не знаю, милорд, зато разочарования мне очень хорошо известны.
– Так вы полагаете, что я буду разочарован, или говорите о себе?
– Мы оба будем разочарованы, а затем вы станете сердиться, так что лучше, милорд, если вы оставите меня.
Она говорила с такой убежденностью, будто хорошо знала все и вся, и ему не нужно было спрашивать, где она почерпнула свои сведения. Не приходилось сомневаться, что ее муж обходился с ней дурно, поэтому она и была так невинна и уязвима.
Однако прошлого не изменить, и все, что мог сделать Габриель, это хорошо подумать об их настоящем и будущем. Он склонился над ней и нежно коснулся губами лба. Она не вздрогнула и не попыталась отвернуться, и это его порадовало.
– Тогда сегодня впервые вы…
Он собирался ей сказать, что сегодня она впервые почувствует, что супружеские отношения могут быть весьма и весьма приятными, но Джоанна опередила его:
– Я не девственница, милорд.
Это заявление возбудило его любопытство. Он опять наклонился и взглянул на нее:
– В первый год? А после?
– Он стал ходить к другим женщинам, потому что слишком разочаровался во мне. Может, и вам пойти к какой-нибудь женщине?
Она говорила с таким жаром, что он не знал, оскорбиться или посмеяться.
