В июле 1135 года, когда мир разделился на два отдельных царства, Рэндалл испытывал невообразимую тревогу. Уставившись в распахнутые двери просторного холла, он извивался от напряжения, каждый звук сна из-за них заставлял его сердце ёкать, словно железная цепь. Тем не менее, даже жара июня не могла охладить его нерешительность и страх....
Однако судьба сыграла со мной злую шутку. За день до получения звания Мастера теней Сату умер. Но жажда мести так ослепила меня, что я не придумал ничего лучше, чем убить его родных. Я знал, что многочисленные дочери ему безразличны. Тогда я отыскал единственного сына Сату и убил всю его семью. Даже сына не пощадил. Но скорбь утраты и жажда правосудия продолжали душить и ослеплять меня. Мне хотелось отнять у него все, чего он когда-то лишил меня. Я искал тебя. Желал убить последнего наследника знатного рода Наари.
Закария ошеломленно смотрел на человека, которого по-прежнему считал своим врагом. В голове царил полный хаос.
Абиль приказал остановить карету и вышел из нее. На обочине стоял человек в таком же плаще, как и у Абиля, держа под уздцы двух коней. Абиль направился к ним, но потом вдруг спохватился и обернулся к карете.
– Чуть не забыл. – Он извлек из кармана увесистый бутылек с золотистой жидкостью и положил его на сиденье.
С этими словами он ушел.
Кристин вернулась в карету, и они возобновили путь.
Вытянув шею, Закария еще долго всматривался в окно на удаляющуюся фигуру Абиля.
– Он знает про Тину, – упавшим голосом сказал он. – Это была угроза.
Его сковал животный страх, а руки затряслись пуще прежнего.
– Абиль сдружился с Владыкой Ордена. Он очень влиятелен, и если бы захотел, то убил бы и Тину, и тебя еще в Ардене. Это не угроза, а предупреждение. Оставь прошлое в прошлом. Тебе дан шанс на новую жизнь.
Кристин взяла бутылку со снадобьем и протянула ему.
Закария глядел на нее, казалось бы, несколько минут, а затем коснулся гладкой стеклянной поверхности дрожащими пальцами.
