Талисман, найденный когда-то в разрушенном Храме Крови и молчавший с ночи возвращения из Подгорного Мира, предупреждал своего хозяина: неподалеку бродит смерть.
23
Вечер окутывал город складками темной шали. Узенькие улочки, всегда немноголюдные в это время суток, сегодня были пусты. Редкие прохожие убыстряли шаг, чтобы до наступления темноты успеть туда, куда стянулся почти весь город: к высеченному в скале гигантскому храму Гарх-то-Горха. Трижды в году жители Нарра-до собирались в храм на великое ночное моление. На сей раз эта ночь совпала с праздником Озерной Девы. В город на поклонение Кай-шиу съехался окрестный люд, и те, кто приносил днем гирлянды цветов доброй богине, ночью хлынули к широким каменным ступеням храма — показать грозному и ревнивому Отцу Богов, что он не забыт.
Люди Хайшерхо не ожидали встречи с кем бы то ни было, поэтому опешили, когда за очередным поворотом им преградили дорогу девятеро вооруженных мужчин.
Впрочем, удивление было кратким. Незнакомцы выглядели столь своеобразно, что спутать их нельзя было ни с кем.
На восьмерых из них были широкие черные шаровары и длинные серые рубахи без поясов. Лица в полумраке казались серыми пятнами, но люди Хайшерхо знали, что эти пятна — глиняные маски в виде крысиных морд. В руке каждый держал кривой меч.
Девятый не был вооружен, у него был лишь факел. Пламя освещало статную фигуру и выразительную хищную маску. Судя по уверенным манерам, он был главным из девятерых. Одет он был так же, как и его товарищи, только рубаха была черная, а на груди была вышита серебром большая крыса.
Айрунги впился глазами во встреченный отряд, прикидывая, что могут эти люди изменить в его невеселой судьбе. Грайанцу не надо было объяснять, кто встретился им на темной улице. Он знал, что крыса — священное животное Гарх-то-Горха.
Человек с факелом шагнул вперед и цепко выхватил взглядом того, кто командовал людьми Хайшерхо.
— Здравствуй, Хаур! Куда это ты спешишь со своими дружками? — глухо, но внятно прозвучал голос из-под маски. — А главное — кого это вы так нежно сжимаете в объятиях?
— Не твое дело! — огрызнулся Хаур. — Если служители храма не стали уличными грабителями, они позволят порядочным жителям Нарра-до идти своей дорогой!
— У порядочных жителей Нарра-до сейчас одна дорога — в храм, на великое моление. У непорядочных, кстати, тоже. Так что мы вас туда и проводим, чтобы бедняжек никто не обидел по дороге.
— До чего вы, жрецы, болтать любите — прямо грайанцы! — обозлился Хаур.