Автор
Внутри холодного здания клуба скрывается непростая история любви и тайных убежищ. Каждое слово и каждый вздох нарушает напряженное молчание, создавая атмосферу неизведанной страсти и глубокой деликатности между двумя людьми, готовыми прятаться от мира ради своей связи....
Тебе ведь нравятся куклы?
Анюта вдруг стесняется и подступает к Руслану. Пожимает плечиками.
– Не знаю. Мне папа уже купил. Я хочу домой.
– Мам, перестань, – напряженно замечает Руслан матери и помогает ей подняться. – Дай Анюте время, я же просил.
– Сынок, и все-таки я попрошу отца принести сумки. Там не только для Анечки подарки, но и гостинцы для вас. Я с утра кое-что приготовила, вдруг твои девочки проголодались. Я ведь понимаю, что Алисе сейчас не до готовки.
– Алиса, – женщина снова обращается ко мне, – мы с Ренатом хотели купить цветы, но сын сказал раньше, что цветы тебе не желательны.
– Спасибо, Ольга Станиславовна, вы очень внимательны. Павел Павлович, конечно, строгий врач, но Руслан преувеличивает. Я никогда не была склонна к аллергии.
– Наверное, ты уже знаешь, что с Русланом трудно спорить, – замечает женщина, и я вынуждено соглашаюсь, неожиданно ей улыбнувшись:
– Я бы сказала «невозможно».
Мы стоим минуту молча, и она внимательно меня рассматривает.
– А ты все такая же красавица, Алиса.
Я не знаю, что ей на это ответить. Наш первое знакомство вышло коротким и малоприятным. Мне казалось, она давно про него забыла. Впрочем, моя будущая родственница и не ждет ответа. Вместе с мужем они разговаривают с Анютой, а я поворачиваюсь к Руслану, позволив им этот момент общения.
Марджанов следит за мной темным взглядом, наклоняет голову и целует в щеку. Продолжая обнимать за спину, спрашивает с беспокойством:
– Ты в порядке?
– Да.
– Алис, я предполагал, что они подъедут, но не знал, как ты к этому отнесешься. Не мог же я их пригласить в гости.
– Почему? Наверное, можешь. Это ведь твои родители.
– Не сейчас. Да они и сами всё понимают.
Они понимают, поэтому не задерживают нас и прощаются, прежде спросив разрешения приехать и увидеть Анечку. На прощание она впервые забирается на руки к деду, и мне кажется, это впечатляет даже Руслана.
– Ты изменила наш мир, Снежная, – признается Марджанов, когда мы уже садимся в машину и едем к дому, по которому я ужасно соскучилась. – Впервые за последний год я вижу своих родителей вместе. Не просто вместе, а… Ну, ты понимаешь.
– Понимаю. Интересно, что они скажут через месяц.
Руслан грустно вздыхает и сердито ворчит себе под нос:
– Думаю, как и твои, хорошенько врежут мне по затылку.
