08), «О дальнейшем освоении целинных и залежных земель для увеличения производства зерна» (13.08), «Об оказании помощи Министерству совхозов СССР по строительству новых совхозов в районах освоения целинных и залежных земель» (10.09), «О постройке зернохранилищ в районах освоения целинных и залежных земель» (24.10), «Об обеспечении дальнейшего освоения целинных и залежных земель для увеличения производства зерна» (25.11) и «О мерах дальнейшего освоения целинных и залежных земель для увеличения производства зерна» (25.12)[534].
В дальнейшем чуть не каждый год выходили аналогичного рода документы, например Постановления Президиума ЦК «О строительстве зернохранилищ в 1955–1956 гг. в связи с дальнейшим освоением целинных и залежных земель» (24.02.1954), «Об оказании неотложной помощи районам освоения целинных и залежных земель в проведении уборки урожая и хлебозаготовок в 1956 г.» (16.06.1956), «Об усилении хлебозаготовок в районах Сибири, Казахстана и Урала» (18.09.1958), «О мероприятиях по обеспечению своевременной уборки урожая и вспашки зяби в районах целинных и залежных земель» (03.12.1959), «Об организационно-хозяйственном укреплении существующих совхозов, организации новых совхозов и о дополнительном освоении новых земель в районах целинных и залежных земель РСФСР» (20.01.1961) «О мерах по развитию животноводства в целинных районах Сибири и Урала» (19.01.1962) и т. д.[535]
Одновременно с решением «целинных» проблем в центре внимания высшего руководства были и общие задачи развития сельского хозяйства страны. Так, 9 марта 1955 года вышло очередное совместное Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об изменении практики планирования сельского хозяйства», которое, по мнению многих историков, носило революционный характер, поскольку серьёзно расширяло полномочия колхозов и совхозов в определении собственных планов производства аграрной продукции, её объёмов, товарной номенклатуры и прочих показателей. Отныне местные органы власти, прежде всего райкомы партии, должны были только доводить до руководства сельхозартелей общие показатели по объёму обязательных госзаготовок, что, безусловно, резко ограничило партийный диктат и зачастую просто некомпетентное вмешательство партийных работников в их дела. Более того, во всех районных исполкомах местных Советов ликвидировались отделы сельского хозяйства и на МТС возлагалась полная ответственность за работу колхозов, начиная с планирования производства и кончая учётом и распределением всей произведённой продукции[536].