В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг....
Только попробуйте вырядиться в бальные платья – уволю! Мы должны выглядеть скромно и достойно, а не походить на стаю разноцветных попугаев».
Губы растянулись в улыбке. Ванда в своём репертуаре, но её приказ играл мне на руку. Во-первых, это шанс удрать из госпиталя пораньше. А во-вторых, не придётся выбирать наряд.
– Госпожа настоятельница просит подготовить для церемонии парадную форму. –
Про короткий рабочий день я умолчала. Побоялась, что Селеста моментально донесёт Терезе и они с Браном прилетят к нам на чай.
– Форму?! – матушка обиженно поморщилась. – Но как же бальное платье, украшения… Я полагала, утром мы вместе с Терезой поедем к модистке.
– Утром я работаю!
Мысленно пожелала Ванде всех благ и удачных выборов.
– И мне нужно закончить с историями, – виновато улыбнулась и жестом указала на внушительную стопку бумаг.
Большую часть я заполнила во время обеденного перерыва, но матушке об этом знать не обязательно.
– Совсем не бережёшь себя! – В аквамариновых глазах вспыхнуло беспокойство, на этот раз искреннее и знакомое.
– У меня всё под контролем, – соврала, – закончу и сразу лягу спать.
– Вы с отцом так похожи, – она усмехнулась и, подойдя ближе, поцеловала меня в лоб.
Я судорожно принюхалась, но проклятый аромат почти улетучился.
Передо мной снова была настоящая мама. Нежная, ранимая, иногда слишком эмоциональная, зато честная и благородная.
Она бы не смогла хладнокровно пересказывать слухи о погибшей целительнице и уж тем более сравнивать её со мной! В некоторых вопросах матушка на редкость суеверна.
Кроме того, было ещё одно важное обстоятельство. Я не сразу вспомнила о нём из-за шока, но после Вираэльской катастрофы Селеста пожертвовала четверть своего состояния на восстановление пострадавших деревень. И всегда говорила о случившемся со слезами на глазах.
Тереза знала и, похоже, специально выбрала именно этот случай. Эмоционально нестабильного мага проще взять под контроль, да и следов от такого вмешательства остаётся намного меньше.
– Сладких снов, милая, – прошептала матушка, – постарайся не засиживаться допоздна.
– Постараюсь, – натянуто улыбнулась я.
Хотелось оборвать разговор и незамедлительно начать лечение, но я подозревала, что ситуация намного сложнее, чем кажется. Нашу семью постоянно проверяли на предмет ментальных воздействий, и если безопасники императора ничего не нашли, дело не в обычном заклинании.
