Автор
В тридцати шестых днях своей жизни мне стало известно, что я буду жить еще два часа и семнадцать минут. В эти последние дни жизнь выжимается из меня по капле, пока не останется ни одной свободной клеточки в организме. Страшный сюжет тонет в атмосфере уныния и безысходности, но сердце все равно стремится к чему-то надежному — хоть ненадолго, лишь чтобы перестать мучиться от жуткой боли....
– Кстати, Дашенька, как твой ремонт? Ты ведь говорила, что конец близок?
Гламурная Даша приложила пальцы к вискам:
– Ох, не вспоминай про ремонт, у меня сразу начинает раскалываться голова! Там еще столько работы, на месяц, не меньше!
Изольда бросила на нее хмурый взгляд и обратилась к хиппи:
– А у вас как дела, Татьяна Андреевна? Скоро от нас съезжаете?
Длинноволосая дама открыла было рот, намереваясь что-то сказать, но в этот момент манекенщица подскочила к офисной барышне и принялась вырывать у нее из рук сумку:
– Немедленно отдавай! Кто тебе разрешил брать мои вещи?
Барышня, лишившись сумочки из замши цвета топленого молока, воскликнула:
– Жалко тебе, что ли? У тебя этих сумок – целая гардеробная!
– Не твое собачье дело, сколько у меня сумок, – огрызнулась жена олигарха, – на свои заработай!
– Так, как ты заработала, любая дура сможет!
– На что это ты намекаешь?
– Девочки, не ссорьтесь, – попыталась примирить их хиппи.
– Мама, не встревай, – огрызнулась барышня.
Изольда мгновенно обратила свою ярость на хиппи.
– Вообще-то некоторые люди тоже не от большого ума заставляют голодных тушканчиков скакать по холсту за кусочек морковки, – прошипела она загадочную фразу.
Но для хиппи, очевидно, здесь не было ничего загадочного, потому что в ответ она разразилась отборными рыночными ругательствами, абсолютно не вязавшимися с ее интеллигентным обликом.
Склока набирала обороты, как двигатель «Ягуара», едва на светофоре загорелся зеленый свет.
– Кто эти женщины?!
Ленка объяснила, что престарелую хиппи зовут Татьяна Муравьева, она художница и первая жена Лисовика. Гламурная дамочка – это писательница Дарья Лисовик, вторая супруга Леонида Назарьевича. А девушка, позаимствовавшая у хозяйки сумку, – Влада, дочь Татьяны Муравьевой.
– Чем Влада занимается? – спросила я.
– А, – махнула рукой Колтунова, – бумажки в офисе перекладывает. Лисовик пристроил ее в свою фирму на непыльную работенку.
– Почему бывшие жены толкутся в доме? У них нет своего жилья?
– Все у них есть, просто так совпало. У Дашки шикарная квартира на Чистых прудах, но ее залили соседи сверху, сейчас там ремонт. У Татьяны тоже роскошная «трешка» на Соколе, но она задумала разменивать жилье, потому что Влада собралась замуж.
