Автор
В зимние дни, когда солнце казалось холоднее вечности, один мужчина оставлял свой след в морозной земле. Его редкие движения были лишь легким дыханием в кристально чистом воздухе, искривляемым холодом. Этот человек оставил последний клубок черноты, словно окаменелый символ выживания в безжизненной зимней тиши, перед тем как сдаться вечности....
– Это мой папа, – хмуро отозвалась девочка.
– Катюш, – промямлил мужчина и подался вперед, вваливаясь в квартиру.
Потянул меня на себя, но в самый последний момент, перед тем, как мне упасть вместе с мужчиной, я успела выставить вперед ногу и удержаться от падения.
Вот только щенки выпали из коробки и жалобно заскулили.
– Ой-ой, мои хорошие! – спохватилась я и села на корточки, чтобы аккуратно вернуть их в коробку и тысячу раз извиниться. – Простите меня, простите!
Пока я бережно укладывала в коробку одного щенка, другого подхватила девочка.
– Это ваши? – её тон заметно потеплел. В глазах появился радостный огонёк.
Она бережно держала щенка в ладонях и даже потерлась об его нос своим немного вздернутым носиком.
– Я их только что на улице нашла, – ответила ей честно и выпрямилась рядом с ней. – Хочу пристроить в добрые руки. Может, кому-нибудь будут нужны. Может, одного себе оставлю.
– А можно мне одного взять? – с надеждой заглянула она мне в глаза.
– Ну-у… – протянула я. – Если твои родители не будут против, то, конечно, можно.
– Мама умерла, а папе всё равно, – произнесла девочка буднично и прижала щенка к щеке.
«Мама умерла…»
Внутри меня что-то оборвалось. Словно упало в пропасть и провалилось под толстый лёд.
Горло перехватило огромным острым комком сдерживаемых эмоций.
Бросила взгляд на мужчину, который, держась за стены прихожей, уходил прочь. Вероятно, в свою комнату, а, может, и в ванную – проблеваться.
«Мама умерла…»"
"Поэтому он напился? Поэтому на его лице нет никаких эмоций?
А кольцо?
Перевела взгляд на свою руку и поняла его.
– Можно? – напомнила о себе девочка.
Её голубые глаза горели счастьем. На губах играла самая настоящая улыбка.
– Конечно, можно, – улыбнулась ей в ответ, стараясь не позволить слезе пролиться.
– А как вы их назвали? – спросила она и заглянула в коробку ко второму щенку. – А у этого ушки черные, а у моего – белые.
– Фантик и Мультик, – выдала ей одну из версий их имен, которые придумала, пока несла на себе ее отца.
– Смешно, – хихикнула она.
– Тот, у которого белые ушки.
– Можно я тоже буду называть своего щеночка Мультиком?
– Конечно, можно, – кивнула одобрительно. – Это же теперь твой щеночек.
– Спасибо! – почти подпрыгнула на месте девочка и крепче прижала к себе своего нового друга. – Мультик.
– А у меня останется Фантик, значит, – резюмировала я и погладила щенка по мягкой шерстке. – Только он грязный. Ты его помой и покорми молоком. Я со своим то же само сделаю.
