Сильно растирая кожу над областью сердца, она из ванной вышла, после яркого света в комнате показалось слишком темно, но даже так можно было почувствовать чужое дыхание. Срывающееся. Быстрое. Лезвие ножа мелькнуло перед глазами быстрее, чем осознание приближающейся опасности достучалось до неё. Но успела отшатнуться, неловко зацепилась ногой за прикроватную тумбочку, больно ударяясь, но под действием страха, этого не почувствовала, только невольно отметила, что разрастается жжение.
Аминат. Это была она. Её руки дрожали, а пальцы отчаянно сжимали нож. На ней не оставалось живого места. А в глазах непонятная ненависть.
– Тебе спалось? – Прохрипела, наверно хотела улыбнуться, но получилось поморщиться от боли. В свете ночника было видно, как сквозь схватившуюся на губах кровавую корку, выступила капля свежей крови.
– Что… что они с тобой сделали?..
– Тебе ли не знать?! – Теперь голос был похож на устрашающее шипение змеи. – А мне плевать! Уйду, и тебя с собой прихвачу.
– Я тебе ничего не сделала. – Тихо и, по возможности, спокойно пыталась рассуждать Лора, периодически оценивая то кончик ножа, то бешеный взгляд.
– О том, что не сделала, лучше промолчи. Только я не о том. Ты меня вообще не интересуешь. Его ненавижу. И, убив тебя, уничтожу.
– Ты про Ильдара? Послушай…
– Молчи! Тебе не понять. Ты – девочка-мечта, никогда не будешь на моём месте. Хотя… он всех использует. Всех и всегда. Тебя припрятал для души.
– Это не так. У меня муж, сын…
– Мне не заливай. Муж… И ему плевать. – Она хрипло откашлялась, было видно, что даже дышать больно, но справлялась. – Он всё равно уничтожит тебя. Не сейчас, так потом. Думаешь отпустит? Никогда. А если и отпустит, сама прибежишь. Он ведь знает болевые точки человека. Как на теле, так и в душе. И теперь всегда при нём будешь. А я тебя освобожу. Сейчас.
– Я помогу тебе уйти, Аминат. Я могу вывести тебя…
– Мне уже незачем уходить. – Горько усмехнулась и сделала шаг навстречу. Лора предостерегающе выставила руки вперёд. Та усмехнулась. Лора посмотрела на нож, Аминат посмотрела на него же. – Знаешь, кто дал? Любовничек твой! Думал, я сама себя убью после всего. А я хитрее. Сдохну, а тебя с собой заберу. Знаешь, зачем? Чтобы он взвыл.
Договорить не успела: Аминат уже бросилась в удивительном по точности и прыткости для её состояния броске. Борьба была короткой. А потом… одно неловкое движение и словно всё замерло. И не дышали обе. И руки в крови. А нож…
– Не верь. – Коротко прошептала Аминат за мгновение до того, как рухнула на пол безвольным телом, а Лора видела только окровавленный нож в своих руках.
Бросила его в испуге и закричала. Тут же закрыла рот обеими ладонями, но даже они не смогли сдержать рвущегося наружу звука.