Посреди большой комнаты накрыт огромный стол. Около сорока человек осматривают живопись вокруг.
Алекс чопорно идет рядом со мной, пока мы обходим галерею.
— Расслабься, — говорю ему я.
— Легко тебе сказать, — тихо отвечает он.
Притащить меня в галерею, была не самая лучшая ее идея. Когда Сиерра уводит Бриттани в сторону, чтобы показать какую-то картину, я чувствую себя абсолютно не в своей тарелке.
Я прохожу вперед и рассматриваю стол с закусками, радуясь внутри, что мы уже поели. Это вообще сложно назвать едой. Суши, которые меня так и тянет разогреть в микроволновке, прежде чем есть. Крохотные сэндвичи, размером с четвертак.
— У нас закончился васаби.
Я все еще концентрируюсь на ассортименте еды, когда кто-то слегка бьет меня по спине.
Я поворачиваюсь лицом к невысокому блондину. Он ужасно напоминает мне Ослиную Морду, поэтому у меня сразу же возникает желание пнуть его.
— У нас закончился васаби, — повторяет он.
Если б я знал, что за нахрен, васаби, я бы ему ответил. А так как я не имею ни малейшего понятия, я молчу. И чувствую себя при этом полнейшим идиотом.
— Ты по-английски хоть говоришь?
Мои руки сами сжимаются в кулаки. Да, я говорю, по-английски, ты, придурок. Но последний раз, когда я был на уроке английского слово 'васаби' не встречалось ни в одном диктанте. Вместо ответа, я игнорирую блондина и просто отхожу к одной их картин.
На картине к которой я подхожу изображена девушка с собакой, идущие по чему-то смутно напоминающему Землю.
— Вот ты где, — говорит Бриттани, подходя ко мне. Дуг и Сиерра прямо за ней.
— Брит, это Перри Лендис, — говорит Дуг, показывая на близнеца Колина. — Художник.
— О Боже, ваша работа изумительна, — говорит она, бурно восторгаясь.
При этом, произносит 'О Боже', как какая-то пустышка. Она что шутит?
Блондин оглядывается через плечо и кивает на картину.
— Что ты думаешь об этой?
Бриттани прочищает горло.
— Мне кажется, она показывает всю глубину отношений между человеком, животным и Землей.
Ой, я тебя прошу… Что за хрень.
Перри обвивает ее руками. Я готов уже врезать ему прямо здесь посреди галереи.
— Я вижу, ты очень утонченная.
Утонченная моя задница. Он просто хочет залезть к ней в штаны… штаны, к которым он и близко не подойдет, если это будет зависеть от меня.
— Алекс, что ты думаешь? — спрашивает Бриттани, поворачиваясь ко мне.
— Дай-ка подумать… — отвечаю я, потирая подбородок и пялясь на картину. — Я думаю, вся эта коллекция не стоит больше полутора баксов, ну два — потолок.
