Автор
Эмерелд охватывало волнующее чувство любопытства: голова была как живое создание, скользящее тело казалось фантастически реальным в этой водной оболочке. Плавательное устройство игриво колебалось вокруг нее, будто манипулировало самим собой, вызывая желание и смех.
Это будет собачья жизнь!
— Мне жаль, Джонни. Я бы поменялась с тобой местами, если бы могла. — Уже не в первый раз Эмерелд подумала, что ей следовало родиться мальчиком, а Джонни — девочкой. — Мама успокоит его гнев, она всегда так делает. Пошли, нам надо торопиться.
Меньше чем через час перед Уильямом Монтегью предстала его семья, одетая в лучшие платья. Его тяжелый взгляд скользнул по детям, а потом задержался на молодой красавице жене, решительно вышедшей вперед приветствовать его.
Эмбср присела в глубоком реверансе, чтобы муж смог беспрепятственно рассмотреть ее зрелую грудь, так высоко поднятую корсетом, что она почти вываливалась из модного очень глубокого выреза парчового платья цвета сливок.
— Добро пожаловать, милорд, мы так редко видели вас этой весной, — мило солгала она.
Взглянув на жену, Уильям заметил, что та напудрила свои волосы цвета янтаря и уложила их в высокую прическу, украсив лентами и кружевом. Скоро он растреплет их, и они упадут ей на грудь. Монтегью взял Эмбер за руку и поднял ее.
Глаза Уильяма потемнели, когда он посмотрел в тот угол комнаты, где, подобно изваяниям, стояли его дети. Его дочь одели в кружевной чепчик, крахмальный белый передник, из-под которого виднелись кружевные панталоны и крошечные детские ботиночки.
— Ты была хорошей девочкой? — резко спросил он.
— Да, отец, — отозвалась Эмерелд чистым, твердым голосом.
Вызывающе вздернутый подбородок дочери подсказал ему, что если он и пугает ее, то черта с два она это покажет.
— Ты хорошо себя вел? — спросил он еще более резко.
— Д-да, сэр, — прошептал Джонни.
— Вот этого-то я и боялся, никуда не годный молодой святоша. В шестнадцать лет тебе следовало бы перетрахать весь Англси.
Джонни залился ярким румянцем, а его отец пренебрежительно расхохотался:
— Подожди, пока мы не отправим тебя во флот. Там тебя быстро просветят.
Вкрадчивый голос жены отвлек внимание Уильяма от сына:
— Я надеюсь, что вы сможете остаться на всю ночь, милорд.
«О да, — подумал Уильям, — мне понадобится вся ночь, чтобы сыграть мою игру, в которой призом будет Ирландия». Он достал конверт из нагрудного кармана и высоко поднял его.
— Я решил проделать долгий путь из Ливерпуля, чтобы привезти это приглашение на праздник к О'Тулам.
— Праздник? — У Эмбер перехватило голос.
— Каждый год Шеймус О'Тул устраивает праздник в честь дня рождения своих сыновей. Приглашения эти очень ценятся.
