Автор
Эмерелд охватывало волнующее чувство любопытства: голова была как живое создание, скользящее тело казалось фантастически реальным в этой водной оболочке. Плавательное устройство игриво колебалось вокруг нее, будто манипулировало самим собой, вызывая желание и смех.
Я ненавижу и презираю его!
— Отлично, ты будешь лучшим союзником, а если не станешь им, то превратишься в моего врага.
— Я твой добровольный союзник, Шон, а не твой враг, — поклялся Джон.
— Догадываюсь, что состояние твоей семьи росло, словно цветущее дерево, — сказал Шон, в его голосе слышалась ирония.
Джон виновато ответил:
— Да, у нас теперь флотилия торговых судов, известных под названием «Монтегью Лайн».
— Ммм, я верю, что ты окажешься для меня бесценным, Джонни. Мы увидимся в субботу. У тебя будет время заглянуть в записи.
— Моя сестра выходит в субботу замуж, — выпалил Джон.
— За кого?
— За нашего кузена Джека.
Лицо Шона казалось темной маской. Потом он улыбнулся, хотя улыбка не коснулась его глаз.
— Возможно, граф Килдэрский будет присутствовать на свадьбе. — Он поклонился Джонни и исчез в темноте.
Джону Монтегью понадобилось время, чтобы сообразить, что Шон О'Тул и есть теперь граф Килдэрский.
Шон провел большую часть дня у перчаточника, рекомендованного портье отеля «Савой», заверившего его, что принц Уэльский и его самый большой друг Джордж Брайан Бруммель[8] там же заказывают перчатки.
Он показал свою левую руку и объяснил, что хочет, чтобы перчатка полностью скрывала дефект.
Из мастерской вызвали двух мастеров и ознакомили их с проблемой. Они сделали зарисовки его руки во всех мыслимых положениях и измерили ее под каждым углом. Мастера сравнили обе его руки и начали высказывать свои идеи, предложив графу не оставаться в стороне.
Наконец они сделали пробную пару, которая отлично подошла.
"Остаток дня он посвятил магазинам. Шон купил несколько пар сапог, бриджи и рединготы для верховой езды.
Идя по Бонд-стрит, по дороге в гостиницу, Шон остановился у витрины ювелира.
