Автор
Эмерелд охватывало волнующее чувство любопытства: голова была как живое создание, скользящее тело казалось фантастически реальным в этой водной оболочке. Плавательное устройство игриво колебалось вокруг нее, будто манипулировало самим собой, вызывая желание и смех.
Когда он вышел на улицу, сгустилась ночь, и Шон не смог устоять перед ночным Лондоном. Он брел по улицам, знакомился с древним городом и наслаждался вновь обретенной свободой. Дойдя до Стрэнда, Шон вошел в отель «Савой» и снял номер. Посмотрев портье прямо в глаза, он объявил:
— Мой багаж прибудет только завтра. Я хочу, чтобы белье и полотенца меняли дважды в день. Будьте так любезны сообщить мне адрес и фамилию лучшего в Лондоне перчаточника и пришлите бутылку самого хорошего ирландского виски.
Шон Фитцжеральд О'Тул стоял перед зеркалом в своей комнате.
Часы пробили полночь. Шон запер дверь номера, прошел вниз по Стрэнду и отправился на Портмен-сквер.
Глава 12
Когда Джон Монтегью выбрался из оков сна, он сразу понял, что что-то не так.
Парень не осмеливался двигаться и даже дышать, опасаясь, что острие пронзит ему мошонку.
— Джонни-паренек, ты меня помнишь?
Он тут же вспомнил этот глубокий голос с ирландским акцентом, как будто слышал его вчера.
— Шон… Шон О'Тул. Господи, неужели снова ночной кошмар? — прошептал Джон Монтегью.
— Давай назовем это ожившим кошмаром, Джонни.
— Чего ты хочешь?
— Подумай хорошенько.
Тишину нарушало только тяжелое дыхание Джонни. Наконец он заговорил:
— Ты хочешь отомстить.
— Ты умный малый, Джонни.
— Шон, мне очень жаль. В ту ночь я вел себя как последний трус. Я очень боялся отца и не осмелился противоречить ему. Я клянусь тебе, что не знаю, кто именно зарезал Джозефа, но это сделал либо мой отец, либо Джек Реймонд.
Темнота и молчание встретили его слова, поэтому он заторопился, заполняя пустоту:
— С тех пор я каждый день сожалею о том, что промолчал.
"— Своим молчанием ты предал меня, но это был последний раз, когда кто-то меня предал и не заплатил за это.
— Я клянусь, что, если бы пришлось все начать сначала, я встал бы рядом с тобой и сказал бы правду!
— Я благодарю дьявола, что нам не придется все пережить заново, Джонни, потому что Джозефу не понравилось бы умирать во второй раз, а мне уж это точно не доставило бы удовольствия еще пять лет провести в плавучей тюрьме.
