Автор
Дорович уже привык переключаться любой разговор с учениками на «отцы и дети», особенно обсуждение матерей вызывало у него жгучее раздражение. Теперь это стало обычным явлением, даже после обеда, когда он не мог больше сдерживаться и часто оборачивался грубым тоном или криком. Вот сейчас его накрыло очередное ощущение, что все вокруг рушится под ногами — в этот момент позвонил родной брат, вызвавший у него одновременно облегчение и страхи....
И возьми меня за руку, пожалуйста, а то у нас с тобой разговор очень напряженный получается, со стороны мы больше смахиваем на научных оппонентов.
* * *Дамир не сразу смог сообразить, о чем ему толкует Котик.
– Ты должен продолжать ухаживать за Каменской. Проводи вместе с ней как можно больше времени.
– Но это же опасно. Я тебе говорю, ею интересуется уголовный розыск, я сам только что совершенно случайно узнал. Они ее в чем-то подозревают и следят за ней. Если я буду крутиться рядом, они и за меня возьмутся.
Котик, умело массировавший ноги Дамира, удовлетворенно улыбнулся. Он и хотел, чтобы было больно.
– Потерпи, не маленький, – ответил он тем не менее ласково. – Они могут подозревать ее в чем угодно: в воровстве, мошенничестве, проституции, торговле наркотиками. В том числе они могут подозревать ее в том, в чем должны подозревать нас. Понимаешь? Это шанс, который упустить нельзя. Может, все будет зря.
– Не знаю, Котик, сумею ли я. Мне нечем ее держать. Она мной совсем не интересуется, – пожаловался Исмаилов.
– Как? – Котик приостановил размеренные круговые движения и выпрямился. – Вы разве не?.
– В том-то и дело, что нет. У меня такое чувство, что она смеется надо мной. Ты понимаешь, она все позволяет, не строит из себя недотрогу, но что-то мне мешает. Не могу понять, но что-то мешает.
– Может, она и смеялась над тобой, пока думала, что на коне. А теперь, когда за нее уголовка взялась вплотную, ей не до смеха будет. Теперь она начнет ценить дружеское участие и сочувствие, вот увидишь. Не тушуйся, Дамир! Поворачивайся, я тебе спину сделаю.
* * *Эдуард Петрович аккуратно отрезал кусок мяса, обмакнул его в соус и отправил в рот. Его сотрапезники – начальник разведки Старков, начальник контрразведки Кривенко и сотрудник ГУВД – сосредоточенно жевали. Мясо было прекрасно приготовленным, соус – восхитительным, овощи – свежими, вино – выдержанным. Денисов особо ответственные блюда – мясо и рыбу – готовил всегда сам, делая это с любовью, удовольствием и завидным профессионализмом.
