Автор
Дорович уже привык переключаться любой разговор с учениками на «отцы и дети», особенно обсуждение матерей вызывало у него жгучее раздражение. Теперь это стало обычным явлением, даже после обеда, когда он не мог больше сдерживаться и часто оборачивался грубым тоном или криком. Вот сейчас его накрыло очередное ощущение, что все вокруг рушится под ногами — в этот момент позвонил родной брат, вызвавший у него одновременно облегчение и страхи....
Трудно сориентироваться. Но рискнуть можно. Начнем с географии. Ты помнишь, где находится контора, где ты проходила «собеседование»?
– Нет, даже адреса не знаю. В рекламе был указан абонентский ящик, и не в этом городе, а в другом. Когда я получила ответ, там было написано, что приезжать нужно сюда, но о времени прибытия сообщить заранее на тот адрес. Меня здесь встретили и на машине привезли к Семену.
– Дорогу не запомнила?
– Нет. Я вообще плохо ориентируюсь. В бассейн возили вечером, темно уже было. Сюда тоже вечером привезли.
"– Плохо. Информации практически никакой. Меня тоже встретили в аэропорту и привезли сюда. Правда, утром, но я тоже дорогу не запомнил, вроде бы ни к чему. Попробуем подобраться к решению с другой стороны.
* * *– Как ты мог допустить такое, Семен?
– У меня не было выхода. Он меня узнал. Мы с ним лет пять в одной команде гоняли, сколько раз спали в одной палатке. Он же был уверен, что меня посадили, причем лет на пятнадцать.
– Ты вполне мог уже выйти на свободу.
– Ну да! За убийство, сопряженное с изнасилованием? Так меня и выпустили! Дело-то громкое, вся команда в курсе была.
– До того?..
– В самый момент. У меня Зарип в руках хрипит, а тут Алферов из-за кустов появляется и бросается как к лучшему другу. Что мне оставалось делать? Он на Зарипа смотрит и каменеет от ужаса, а я на него, на Кольку, гляжу и думаю, что же мне теперь делать со всей этой историей.
– Это все осложняет. Котик, что скажешь?
– Труп Алферова спрятать как обычно мы не могли. Он же отдыхающий, его будут искать. Поэтому мы перенесли его в номер и там оставили. Он живет вдвоем с каким-то балбесом, который из чужих коек не вылезает. Разбираться будут в первую очередь с ним, попробуют впаять ему убийство из ревности или на почве совместных пьянок. Сделано все чисто.
