Автор
Дорович уже привык переключаться любой разговор с учениками на «отцы и дети», особенно обсуждение матерей вызывало у него жгучее раздражение. Теперь это стало обычным явлением, даже после обеда, когда он не мог больше сдерживаться и часто оборачивался грубым тоном или криком. Вот сейчас его накрыло очередное ощущение, что все вокруг рушится под ногами — в этот момент позвонил родной брат, вызвавший у него одновременно облегчение и страхи....
Но отступать было уже поздно, к этому времени Вера Денисова снялась в пяти или шести фильмах, знала в лицо Семена и Дамира, а также адрес, по которому находился павильон. Оставалось надеяться только на удачу. Но чтобы удача не подвела, нужно было особенно тщательно поддерживать уверенность девочки в том, что он, Саша Казаков, без ума от нее и жизни своей без Верочки не мыслит. И Саша старался. Старался изо всех сил. Ну как тут уедешь? Подумает еще, что бросил.
* * *На седьмой день пребывания в «Долине» для Насти все переменилось.
Шесть дней ей удавалось заговаривать самой себе зубы и убеждать себя, что «это не ее дело», что она не на службе, а лечится и отдыхает.
Она вылезла из постели и встала под душ. Как обычно перед работой, назначила себе умственную гимнастику, чтобы привести мозг в состояние готовности. Сегодня она выбрала правила постановки вопроса к прямому дополнению в языках финно-угорской группы. Выполнив задание и одновременно доведя температуру воды в душе до едва терпимо холодной, она почувствовала знакомое радостное возбуждение. На завтрак Настя решила не ходить, сварила кофе и принялась за дело.
Часов около одиннадцати утра она спустилась в вестибюль и купила все газеты, какие только нашлись, вплоть до завалявшихся под прилавком рекламных бюллетеней месячной давности. Сунув объемистый пакет с прессой под мышку, вышла из корпуса и примерно час бродила по санаторному парку, несколько изменив привычный лечебный маршрут. Посидела на скамейке, читая газеты, вернулась к себе и стала рисовать на отдельных листках замысловатые закорючки.
