Вовца по-прежнему стоял на узкой проходной, задумчиво провожая взглядом бюрократическую документацию. Наконец решившись, он вышел через широкую дверь под знаком "Спасибо за ваш труд!", чувствуя легкий сквозняк от цехов и непрекращающийся шум завода. Впереди его ждала неизвестность, но в глубине души он понимал, что игра по-крупному начинается именно здесь....
Извлек из жестянки взрывчатку и гранату. Нашел в серванте игольницу и нитки. Кожаный кейс был обтянут внутри черной шелковистой тканью. Вовец вдел нитку в самую большую иглу и принялся приметывать гранату к подкладке. Через несколько минут плотно припутал её к днищу возле ручки, не сдвинется. Рядом положил бруски тротила, а все свободное пространство забил старыми газетами. Теперь понадобилось шило. Но такого инструмента, похоже, не имелось в женском хозяйстве. Пришлось воспользоваться тонкой вязальной спицей.
Звякнул дверной звонок.
– Победа! К черту! Получаем бабки и уматываем отсюда!
Вовец не очень поверил в такой легкий успех.
– А ты уверена? Может, это какая-то ловушка?
– Да ты что! – восторг бил фонтаном. – Плевать ему на деньги, положение боится потерять, сморчок! В общем, в полпятого ему звоню, он к этому времени должен деньги приготовить.
– Слишком уж хорошо, – Вовец неуверенно покачал головой, – так не бывает.
– Бывает. Много ты понимаешь. – Она сбросила туфли, прошлепала босиком на кухню. – Уф, пить хочу! Такая жара на улице, вся аж взмокла! В душ со мной полезешь?
Вовец не ответил. Получалась накладка: без пяти пять он должен быть в центре города у ЦУМа, встречаться с полковником Васильевым. Сейчас уже почти четыре часа.
