Вовца по-прежнему стоял на узкой проходной, задумчиво провожая взглядом бюрократическую документацию. Наконец решившись, он вышел через широкую дверь под знаком "Спасибо за ваш труд!", чувствуя легкий сквозняк от цехов и непрекращающийся шум завода. Впереди его ждала неизвестность, но в глубине души он понимал, что игра по-крупному начинается именно здесь....
Он сделал несколько энергичных движений корпусом, поприседал, попрогибался. Руки отяжелели, а на ладонях намечались мозоли. Заодно поближе познакомился с островком. На песке у воды во многих местах следы причаливания. Широкие носы дюралевых ""казанок"" далеко въезжали на берег, отгребая песчаные валики, а кили глубоко врезались, оставляя канавки. Таких следов имелось не меньше десятка. Остров активно посещался. Сюда привозили воду, дрова, продукты и пары отдыхающих.
Нынешняя пара – Гусь и Братец Кролик, похоже, не очень ладила между собой.
– А че вы тут дежурите-то? – как бы невзначай обронил Вовец.
Глупый Кролик захлебнулся и закашлялся. Бестолковый Гусак вздрогнул, залил ноздри и расчихался.
– А мы не дежурим, – неуверенно протянул Гусеныш, первым пришедший в себя. – Мы это, рыбу ловим.
– Ага, – поддакнул Жирный Заяц, – ловим, ага.
– Ну, ни пуха. Еще поймаете, звоните.
Вовец не счел нужным церемониться с этими дураками. Нет, это никакая не милиция, не рыбнадзор, даже там подобных молодых долбаков не держат. Это какая-то самодеятельность. Он растянул резиновый фартук на кокпите каяка, влез внутрь и оттолкнулся веслом.
Долбаки, разинув рты, следили за его манипуляциями. Он уже находился по другую сторону островка. Следы на песке показывали, что и с этой стороны приставали лодки. Канавки, оставленные килями, располагались на расстоянии ладони друг от друга, совершенно параллельно.
