Вовца по-прежнему стоял на узкой проходной, задумчиво провожая взглядом бюрократическую документацию. Наконец решившись, он вышел через широкую дверь под знаком "Спасибо за ваш труд!", чувствуя легкий сквозняк от цехов и непрекращающийся шум завода. Впереди его ждала неизвестность, но в глубине души он понимал, что игра по-крупному начинается именно здесь....
Но вначале снял и сложил в каяк одежду, вложил внутрь весло, достал и надел ласты, маску для ныряния, дыхательную трубку. Уселся на кромку берега, сразу погрузившегося в темную воду. Стянул в узел резиновый фартук на кокпите лодки и завязал куском капронового шнура. Резко перевернул каяк вверх дном. Тот, словно длинный желтый поплавок, закачался на воде, внутри забренчало разное имущество. Вовец навалился на носовую часть, притопив её, и принялся толкать лодку под плавучий берег.
Толщина лавды, сплетенной многолетними корнями, оказалась сантиметров сорок, и он с трудом затолкал под неё каяк.
Сильный удар сдвинул бревно с места. В месте удара остался след, словно мощная, но ужасно тупая пила прошлась: содранная береста свисает рваными лентами, длинные щепки щетинятся кверху.
На островке кто-то из молодых долбаков широко расставив ноги выедал глазами бинокль, медленно перемещая его вкруговую. Резиновая лодка с двумя пассажирами тихонько курсировала вдоль берега. Еще одна ""резинка"" приткнулась у кустов в сотне метров от Вовца, но в ней никого не было. Очевидно, её экипаж лазил по болоту, разыскивая Вовца. В глубине залива болталась дюралевая ""казанка"".
Здесь, у заводи, он оказался невидим с лодок. Заметить могли только с островка и то, если он встанет на берегу или высунется чересчур далеко. Но он ведь не дурак. Он постарается вести себя тихо и незаметно. Сейчас его задача – проверить, что оставили на дне потерпевшие кораблекрушение.
