Автор
Бандит сияет за маской роскоши, а его холодные голубые глаза вызывают желание бежать. Я пришла в этот дом не для того, чтобы убежать, но чтобы встретиться лицом к лицу со своим законом. Теперь я сама приготовлю обидное завершение этой игры Саида.
Скажи ему уйти.
– У него была… Просто истерика, - прижимаю мальчишку к себе, и Адам позволяет. Успокаивается, когда касаюсь его волос. Обычно он этого не любит, но мне позволяет. – У тебя же бывают, да? Вот и у Саида была, у взрослых такое случается.
– Разве?
– Конечно, Адам. Это нормально.
Не нормально, меня до сих пор потряхивает. Но зато отличный пример для мальчика, чтобы он не стыдился своих слез и срывов. Пусть верит, что в этом ничего такого нет.
Адам всё ещё хмурится, недовольно рассматривая Саида. Но больше не бьется, это уже хорошо.
– Мы сейчас сыграем, Адам. Ты какими хочешь играть?
– А ты? Я хочу с тобой вместе.
– Ну, кто-то ведь должен играть за другой цвет. Помнишь правила?
– Да… Он пусть играет! – Адам кивает на Саида, замершего в дверном проеме. – Шахматы успокаивают, ты сама говорила. И ему после срыва надо сыграть.
– О, милый, я не думаю…
– Я сыграю, - Саид пересекает кухню, усаживаясь напротив.
– Нет, - пищу, утаскивая Адама себе на колени. Разворачиваю доску, чтобы мы играли белыми. Черный цвет мальчик не сильно любит. – Просто так. Да, Адам?
– Да.
Адам закусывает губу, серьезно рассматривая шахматную дошку. Примиряется к каждой фигуре, а я не помогаю. Я же вовсю рассматриваю Саида, не понимая, что у него в голове происходит.
Пытаюсь сигнализировать, чтобы мужчина не усердствовал. Он хорошо играет, я помню. Но это ведь ребенок, нельзя его обыгрывать.
Я знаю, что многое делаю неправильно. Детский психолог, с которым я консультируюсь, часто ругает меня. Нельзя так с Адамом, нельзя и половины того, что делаю я.
Скоро снова новый переезд, должен был быть. А я…
– Милый, нужно озвучивать, - говорю, когда Адам двигает пешку. – Помнишь?
– Ага. Но если игрок не следит, то это его проблемы. Разве нет?
– Правила есть правила.
– Дурацкие правила.
Адам фыркает, но следует им. Судя по взгляду Саида, ему есть много, что сказать.
Не представляю, о чём он думает.
Это мужчина непредсказуемый, взрывной. Сейчас спокойно играет в шахматы, а через минуту… Я понимаю, что мне нужно увести Адама как можно скорее.
Но если снова истерика? Если…
Но Саид не поторапливает, ни одним жестом не дает понять, что что-то не так. Медленно играет и даже поддается, это видно легко.
