В комнату вошел необычный персонаж: двенадцатиметровая блондинка в кружевных колготках и короткой черной юбке. Она смотрит на зеркало, где она сама — мельница из стекла и металла, сияющая ледяным серебром. За ней тихо шепчется другая фигура — худая девушка в розовых тапочках, очевидно сбитая с толку этой гигантской тварью....
“Не знаю, как это получилось”, — пишу, глотая слезы.
“Я не собиралась тебя беспокоить! Просто не знаю, что мне с этим делать. Ему три недели, и… мне страшно, потому что я еще никогда не была беременной.”
Боже…
Вывалив все это, понимаю, что выгляжу незрелой дурочкой, но из нас двоих именно господин Гец специалист по сдержанности и рациональности. Тогда каким образом я вообще оказалась беременна, черт его дери? В тот день со своей рациональностью он явно разругался!
Нажав отправить, утыкаюсь лицом в подушку.
Ведь я даже не знаю, где он находится. Может быть там глубокая ночь.
Забравшись под одеяло прямо в одежде, накрываюсь им с головой, потому что больше, чем есть, сейчас я хочу спать.
Глава 21
Сон вязкий, как болото. Теплый и безопасный. Но трель телефонного звонка все равно настойчиво пробивается в мутную голову. В кромешной темноте шарю рукой под одеялом, чтобы найти гаджет, который замолкает, но через секунду снова заходится воем.
"Сощурившись, принимаю вызов раньше, чем понимаю — комбинация цифр на дисплее совершенно точно не принадлежит ни одному известному мне оператору.
— Алло? — хриплю, пытаясь понять, в какой точке времени и пространства нахожусь.
— Доброе утро, — неторопливо объявляет Рома.
Его твердый голос прогоняет сонливость, растекаясь по телу напряжением. Ежась под теплым коконом одеяла, зажмуриваю глаза и спрашиваю:
— Который час?
— У тебя шесть утра.
— А у тебя? — бормочу.
— Десять.
Молча смотрю в потолок, по которому пляшут тени.
Мое положение во времени и пространстве наконец-то приходит красной вспышкой, от которой издаю тихий стон. В ответ на него мой собеседник тихо интересуется:
— Как самочувствие?
Боясь того, что этот звонок не оправдает ни одно из моих ожиданий, внутренне сжимаюсь.
— Будет… — смочив слюной сухое горло, откашливаюсь. — Будет зависеть от того… зачем ты звонишь…
Умолкнув, слушаю тихое дыхание на том конце провода.
Секунды медленно плывут мимо, и я не знаю, что услышу в ответ. Единственное, в чем я не сомневаюсь и что усвоила за последние дни — мне лучше не спешить двигаться.
— Пф-ф-ф… — выпускает Рома воздух, и после еще одной бесконечной паузы все же говорит. — Хочу, чтобы ты вылетела ко мне в ближайшее время.
От неожиданности приоткрываю рот.
