Автор
Я сжималась к стене, прячась от монстра без рубашки и пламени. Его глаза сверкали зловещими искрами, а рык наполнял воздух до удушья. Увы, я не могла раствориться или исчезнуть - он стремительно приближался, как хищник, готовый запустить свои когти.
И снова эти глаза с ужасом, как будто резать ее буду.
— Блядь, Света, — уже не выдерживаю, срываюсь, довела таки. — Даже если я буду тебя трахать, — не такой это ужас, как ты на меня смотришь! Перестань уже зажиматься и глазами тут на меня сверкать! Сказал, — быть покорной. Делать все, что говорю! И ужас этот с лица убери!
— Выпей на, — протягиваю стакан с коньяком. — Ну, — что опять за жуть в глазах, а? Думаешь, я напоить тебя до бесчувственности собираюсь? Я же — монстр, Света. Я же хочу, чтобы тебе больно было.
Берет дрожащими руками и выпивает, расплескав от дрожи на себя половину, если не больше.
— В душе со мной понравилось? Специально пачкаешься, чтобы тебя еще раз потер? Смотри, девочка, я в следующий раз потру по полной программе и сдерживаться не буду! — рявкаю со злостью, а сам ее грудь салфеткой промокаю. Аккуратно так, как будто бы даже этим боюсь ее кожу нежную повредить. И снова от запаха дурею, — ведет меня, срывает, начинаю осторожно пальцами соски ее ласкать, такие нежные, розовые, такие же, наверное, чувствительные, как и вся она…"
"Впервые мои руки двигаются осторожно, медленно, так нежно, что сам себе поражаюсь, — не хочется сминать с жадностью, и именно растягивать это наслаждение.
Стягиваю губами сосок, лаская его языком, ощущая, что от одних этих нехитрых прикосновений готов кончить, как пацан, даже не входя в нее.
Если бы… Если бы только все не так… И она — не дочь этого урода… Если бы встретить ее иначе…
— Выпей еще, Светлана и ложись на живот, — отстраняюсь и сам не узнаю собственного хриплого голоса.
И снова эти глаза, только теперь в них обреченность и безысходность.
— Держи, — протягиваю снова наполненный стакан. — Спину тебе обрабатывать буду. Не бойся.
Послушно выпивает, как не живая, — даже руки на этот раз не дрожат и укладывается, не издавая ни звука.
