Девушка спасает гордого айва от рабства и побоев, но гордыня существа становится испытанием для них обоих. Между спасительницей и её подопечным разворачивается сложная история любви, доверия и взаимного преобразования, где каждый должен научиться видеть в другом не игрушку, а равного.
– Ясно, – я кивнул и сделал пометку на листе. – Как звали того мужчину?
– Суриам, – ответил колдун. – С тех пор я стал работать только с ним. Это тоже было его условием. Он снял для меня дом на окраине Гастера. Оборудовал лабораторию. Относился ко мне хорошо. Даже называл другом.
– Ты готовил для него зелье для закрытия памяти? – задал я очень интересующий меня вопрос.
Колдун улыбнулся и кивнул.
– Сначала я приготовил для него зелье полного подавления воли. Пришлось идти на поклон к бабке. Я хотел выкупить у неё рецепт, но она так впечатлилась моей возросшей силой, что позволила пользоваться её книгой с рецептами и заклинаниями в любое время. Правда, запретила выносить ту из домика, но я всё равно был рад.
Голос парня звучал самодовольно ‒ он явно гордился своими достижениями. И совесть его точно не мучила.
– Когда у меня всё получилось, Суриам был очень рад, а вскоре пришёл с новым заказом, – продолжил колдун. – Теперь ему требовалось оборотное зелье и что-нибудь, стирающее память. Тут бабкин гримуар снова помог. Но выяснилось, что полностью убрать воспоминания можно, только доведя человека до порога смерти. Все остальные рецепты действовали избирательно. Проще всего было приготовить зелье, заставляющее забыть конкретного человека. Или самого себя.
– Теперь ясно, кого нужно благодарить за мои проблемы с памятью, – буркнул я себе под нос.
Юный колдун виновато потупился.
– Когда вас принесли в мой дом, вы были накачаны под завязку моим же зельем подавления воли. Мне даже пришлось отпаивать вас восстанавливающими настоями. Хотя они почти не помогали. Тогда Суриам пришёл не один, а с мужчиной в чёрном плаще. Тот прятал лицо, но я всё равно почувствовал, что это айв. Он почти всегда молчал, но тщательно следил за тем, как я делаю зелье для закрытия памяти. Заговорил со мной только раз, когда зелье было готово. Он сказал, что должен убедиться, что оно подействовало. Сам влил его в ваш рот, а потом приказал мне привести вас в сознание. Вот это оказалось сложнее всего.
Парень вздохнул.
– Я не знал, кто вы. Чувствовал, что у вас сильная кровь. Попробовал использовать её для усиления зелий, и эффект был потрясающий! А вот избавить вас от действия зелья подчинения не мог. Не знал, как. От него у бабки в книге не было рецепта противоядия. Сама она сказала, что тут поможет только время.
– Кто такой этот Суриам? Что ты можешь о нём рассказать? – спросил я.
– Почти ничего. Знаю только, что он у местных банд кто-то вроде помощника главаря.
