Автор
В темных закатных часах, Анна-Лаура де Понталек озирается по замку в Броселанде — величественной лесной крепости. Вокруг ее застывшего лица медленно тает усталость, сменяясь тревожным нетерпением. Она перечитывает старинные дневники, надежды которых теперь пусты, и чувствует себя ненужной на свету, каким она его больше не видит....
— Так вы долго прождете!
Ей было холодно, хотелось есть, а суп издавал приятный запах. И все-таки она взяла плошку, а старик любезно наполнил ее. Лаура села на скамью у очага. Он смотрел на нее странным взглядом, открыл было рот, чтобы заговорить, потом передумал, тревожно огляделся, но все-таки решился:
— Вам чего тут надо в такой-то час?
— Это мое дело, — отрезала Лаура, смягчая свой ответ улыбкой.
Старик перешел на шепот:
— Вот и они все так говорят! Не место тут для такой хорошенькой женщины, как вы… Да что красота! Их всех находят мертвыми…
Лаура собралась было расспросить старика о подробностях, но тут вошел трактирщик, и старик снова забился в свой угол.
— Ах, ты все еще здесь? Вон отсюда! Да поживей!
— Позвольте ему, по крайней мере, доесть суп! — вступилась Лаура.
— Дай ему волю, так всю кастрюлю сожрет! А ну, живо!
Старик разогнулся, поставил осушенную одним глотком плошку и засеменил в густую тень, к двери.
— Я тоже налила себе! — сказала Лаура.
— И правильно сделали. Я дам вам еще хлеба, сала и сидра. Вам еще целый час надо ждать.
— Почему час?
— Море, черт возьми!
Лаура почувствовала, как по спине у нее пробежали мурашки. Что бы это значило? Может быть, они собирались посадить ее на корабль и увезти одному дьяволу известно куда? В таком случае Лали ей не поможет. В обычной жизни она мало внимания обращала на колебания уровня моря и была бы не в состоянии сказать, когда наступает прилив, а когда отлив.
— Что же нет Гайд, вашей жены?
— А вы помните, как ее зовут?
— Такую красавицу не забудешь.
— Скоро увидитесь!
Он направился в глубину залы, показывая, что не имеет никакого желания продолжать разговор.
