Вечер обещает быть жарким и непредсказуемым в Их жарком ноябре. Встреча с клиентом отдаленно похожа на неудачную авантюру, а выдающаяся работа заставляет перенести конец дня прямо в кафе, где уютное пламя камина и шоколадная чипсы только подчеркивают неразделенную тоску....
— Тогда едем в ювелирку, мне жене надо подвеску золотую купить, а потом, за обедом, обсудим дела.
— Ну, раз надо, то поехали.
Сели по машинам — Бобрик с охранником и управляющим делами в свою, Костя и Игорь в «БМВ».
Докатили до Центрального рынка, и Бобрик притормозил у большого ювелирного магазина.
— Схожу тоже в магазин, — посмотрел на Игоря Константин.
— Зачем? — поморщился тот.
— Ане что-нибудь присмотрю.
— А, ну давай.
Выбрался, и услышал, как на заднем сидении заиграл веселой трелью сотовый телефон.
— Телефон! — прикрикнул ему вслед Игорь.
— Это Анин. Она торопилась утром и забыла. Пусть звонит. Не обращай внимания, — отмахнулся он.
— Ну, как скажешь.
В ювелирном Бобрика хорошо знали. Две девочки-консультанта бегали за ним следом, показывали подвески, хихикали пошлым шуточкам.
Константин поморщился и подошел к стенду с кольцами.
— Что, предложение сделать надумал? — весело хмыкнул Бобров.
— А к чему тянуть?
— Вот и правильно. Падчерица у тебя большая уже совсем, будет матери по дому помощницей.
— Еще бы выцарапать ее у отца-придурка.
— Д-а-а, это, конечно, страшное упущение — то, что девочку украли.
Бобрик цокнул языком и осуждающе покачал головой.
— Вон, то бери, из красного золота с бриллиантом. Размер знаешь?
— Нет, конечно.
— Обычно семнадцатый ходовой. Не промахнешься. А если мал окажется, у ювелира разобьешь.
Дорогое изделие достали из-под стекла. Константин внимательно осмотрел подарок и согласно кивнул.
— Упакуйте красиво.
Девушки засуетились, забегали, и спустя пять минут Константин с Бобриком выходили из магазина с дорогими покупками.
— Поверить не могу, что ты жениться надумал! — весело хлопнул Константина по плечу Бобров. — Надо же, бегал от баб, бегал, а тут с ребенком решил в жены взять! Любовь — страшная вещь, оказывается.
— Еще какая страшная, — согласился Покровский и плюхнулся на водительское сидение своей «БМВ»."
"Трель Аниного телефона никак не хотела затихать.
— Кость, заткни его, а? У меня уже голова болит, — поморщился Игорь.
Константин потянулся за сотовым, взглянул на экран. «Садик».
Что надо детскому садику? Взять, или не брать трубку?
Подумал, и взял.
— Алло! Анна, это вы? — бодро поинтересовался женский голос.
— Нет, а что вы хотели?
— А с кем я имею честь говорить?
Выдохнул.
— Я ее муж.
— Так вы папа Евы?
Сглотнул, напрягся. Врать, так уж до конца.
— Да, я папа Евы. А что случилось?
— Ситуация, скажу я вам, папа, очень внештатная.
